Издалека донёся шорох — будто кто-то шёл через лес. Рэмдал сначала замер, а потом на всякий случай отошёл за монолит и притаился. Между деревьями мелькнула фигура — слишком большая для человека, но вполне подходящая для кентавра. Через полминуты Рэмдал разглядел приближавшегося Киймирра. Тот выглядел как обычно: сверкал и переливался. Этой моды мутантов лесовик не понимал. Он считал, что воин не должен носить побрякушек.

— Добрый вечер, доблестный, — поприветствовал кентавр Рэмдала, выбравшись на поляну. — Рад, что ты пришёл. Ты один?

— И тебе привет, — кивнул лесовик, выходя из-за монолита. — Один, да. Значит, это действительно ты написал мне письмо.

— Твои сомнения понятны, — кентавр сдержанно улыбнулся. — Но пригласил тебя сюда именно я. Думаю, ты понял, о чём пойдёт речь?

— Я слушаю, — Рэмдал постарался сохранить непроницаемое выражение лица.

— Не буду повторяться, — Киймирр пошевелился, и его многочисленные украшения засверкали с тихим звоном.

«Интересно, как он охотится? — подумал Рэмдал. — Дичь, наверное, бежит от него за полмили».

— Мы предлагаем тебе помощь в совершении государственного переворота, — сказал кентавр. — Предлагаем изменить короне и занять место сестры. Для всеобщего блага, разумеется. Со своей стороны обеспечим военную поддержку, о которой я писал, а также научим, как получить власть над остатками пиратской армии. Слово за тобой, — сложив руки на груди, кентавр выжидающе воззрился на Рэмдала.

Лесовик молчал. Он хотел выдержать паузу и ещё раз прикинуть, какова вероятность того, что всё это — ловушка, и как он сможет в этом случае выкрутиться. Кроме того, следовало выяснить один важный вопрос.

— Каким образом, — проговорил он, — я могу подчинить себе Наездников-на-Змеях? Они всегда были нашими непримиримыми врагами.

— Всё возможно с помощью колдовства, — ответил Киймирр. — Ты ведь получил молот Грангнеха?

— Да, этот трофей хранится у меня. А что? — лесовик нахмурился.

— Ты, вероятно, заметил, что это не обычный молот, — вкрадчиво сказал кентавр. — Во время боя его охватывает оранжевое свечение.

— Я видел это, — подтвердил Рэмдал. — Какое-то заклятье. Ну, и что?

— Это не просто заклятие вроде Укрепления или Незатупления, большинство которых вообще не работает, потому что является фикцией, — покачал головой кентавр. — Это сложные и тёмные чары, отчасти имеющие отношение к волшебству Очарования. Но намного мощнее обычных мороков. Тот, кто обладает этим молотом, может повести за собой армию пиратов. И не важно, кто он сам. Молот повинуется владельцу.

— Откуда эта магия? — нахмурился Рэмдал.

— От Звезды, разумеется.

— Опасные игры ты предлагаешь. Во всех отношениях.

— Жизнь вообще непростая штука. Приходится рисковать, если хочешь чего-то добиться.

— Ладно, проехали. Откуда такое оружие взялось у Грангнеха? Насколько я знаю, пираты не сильны в магии.

Киймирр усмехнулся.

— Это точно! — подтвердил он. — Чары наложены не ими. Молот достался Грангнеху от древнего колдуна. Он получил его в обмен на какую-то услугу — мне не известны подробности.

— Уж не от того ли колдуна, который заявлялся к нам в замок? — подозрительно спросил Рэмдал.

— Не знаю. Я давно не был в Эльдоре. Что за колдун?

— Ладно, не важно, — Рэмдал махнул рукой.