— Понимаю, — ответил Джейми, тоже по-русски, подумав, что все остальные люди в баре могут оказаться охраной Санчеса.

— Мое настоящее имя — Александр Перепеличный, — представился собеседник, садясь на стул.

Джейми подал знак официантке, и Александр заказал себе зеленый чай. Оба некоторое время оценивающе смотрели друг на друга.

Подали чай.

— Спасибо, что согласились встретиться, — продолжил Перепеличный.

— Не стоит. Нам интересно выслушать вас.

Перепеличный взял чашку, осторожно отпил и поставил обратно. На какое-то время опять воцарилось неловкое молчание. Затем Александр снова заговорил:

— Я связался с вами, потому что посмотрел видеоматериалы о Кузнецове и Карпове. Смерть Магнитского стала потрясением. Русские привыкли к коррупции, но пытки и смерть невинного человека — это уж слишком.

«Чушь, — подумал Джейми. — В наши дни большинство людей в России не руководствуется такими благородными принципами. Там все упирается в деньги: как заработать, приумножить, а главное, чтобы после не отобрали». Джейми не знал истинных намерений Перепеличного, но был уверен, что его привело сюда не сочувствие к Сергею.

— Информация, которую вы прислали по почте, неполная, — заметил Джейми. — У вас есть еще другие документы?

— Есть, но не с собой, — ответил собеседник.

Джейми откинулся назад, отметив краем глаза, как сдвинулся кусочек льда, тающего в стакане с кока-колой.

— Не возражаете, если к нам присоединится мой коллега? Я хотел бы, чтобы он ознакомился с документами, которые вы передали. Изучив их, мы сможем сказать, какие еще сведения необходимы.

Перепеличный согласился. Вынув из кармана телефон, Джейми отправил сообщение Вадиму, который ждал за углом, на улице Нью-Бонд. Через две минуты тот вошел в бар и, подойдя к столику, представился.

Когда Вадим сел, Джейми достал документы Перепеличного. Пролистав их, Вадим спросил:

— Не могли бы вы пояснить мне содержание этих документов?

— Разумеется. Это выписка по счету Владлена Степанова — мужа Ольги Степановой — в банке «Кредит Свисс». Вот здесь, — он указал на строчку в центре страницы, — перевод на сумму полтора миллиона евро, сделанный двадцать шестого мая. Здесь — перевод на один миллион семьсот тысяч от шестого июня. А вот тут — еще один, на миллион триста тысяч от семнадцатого июня.

Он указал еще несколько переводов. Всего за май — июнь 2008 года на этот счет было переведено семь миллионов сто тысяч евро.

— Откуда они у вас? — Джейми кивнул в сторону документов.

Перепеличный заерзал на стуле.

— Скажем так, у меня есть некоторые связи.

Такой ответ явно не устраивал Джейми и Вадима, но они не стали донимать Перепеличного расспросами, чтобы не спугнуть.

Вадим еще раз пролистал бумаги.

— Эти сведения могут оказаться исключительно полезными, но я не вижу ни в одной выписке имени Владлена. Какая тут с ним связь?

— Объяснение простое. Счет принадлежит кипрской компании, владельцем которой является Владлен, — ответил Перепеличный, продемонстрировав свидетельство о регистрации собственности на имя Владлена Степанова, на котором, однако, отсутствовала подпись.

Вадим поправил очки. Он тринадцать лет занимался расследованиями мошенничества в бизнесе и взял за правило предполагать, что все сведения ложны, пока не доказано обратное.

— Спасибо, но без доказательств, что Степанов действительно владелец этой компании, мы мало что можем сделать по этому поводу.