|
Человек пять, двое длинноволосых парней и три девушки, две из которых – полуголые в джинсах и бюстгалтерах, третья же – в красном ультракоротком платьице и полосатых гольфах, никакого бюстгалтера у нее, похоже, вообще не имелось…. Как и большой груди, но, тут уж, как повезло – или не повезло – от природы. Да и вообще – что кому нравится.
Черт! А не эту ли, в красном платьице, Сергей уже видел здесь… в прошлый раз! Похоже – ее. Молодые люди переговаривались по-французски… и Серж лихорадочно пытался придумать, что ж им сказать, как объяснить-то… Вообще-то, как оперативный сотрудник (хоть и стажер), он должен был бы позаботиться об этом заранее, придумать какую-то версию… да вот не позаботился как-то. Не подумал даже. А надо было бы! Впрочем – такого вряд ли кто б ожидал. Его, конечно, заметили – правда, никакой агрессивности не проявили. Наоборот, улыбались и что-то спрашивали… А еще все время курили. Девчонки – какие-то длинные дамские сигареты – на пачке было написано «Мариньи», парни же – одну самокрутку на всех. Суля по сладковатому дымку – марихуана или попросту – травка. Девчонки, кстати, ею тоже затягивались… Ага… вот они почему такие добренькие! Обкурились уже. Теперь понятно – не соображают ничего. Вон, ржут, как лошади! – Тю не парль па франсез? Ты не говоришь по-французски? – одна из девчонок наконец-то сообразила спросить по-английски. Симпатичная – худенькая, с тонким чертами лица, и здоровенными – явно искусственными – ресницами. Яркая такая блондинка… нет, скорей – крашеная. Но все равно – симпатичная. Красные джинсы, желтый, в черную полоску, лифчик, этакая пчела… лет, наверное, шестнадцати. Или даже моложе. Да тут все девчонки – красавицы! И эта крашеная блондинка и та вон, темненькая. И русая в красном мини-платьице… Ну… не стой столбом. Сергей Вениаминыч! Спрашивают, так отвечать надо. Пока полицию не вызвали… Хм, так он и сам – почти что полиция. Только русская. А тут – Франция все же! Вон вдали – Эйфелева башня. Сверкает, светит прожектором. Словно маяк. Эх! Рассказать кому – не поверят. А, может, это все сон? – Же не суи… Же не парль… парль па… – пытаясь вспомнить парочку французских фраз, стажер все же преставился: – Же мапель Серж! А затем перешел на английский, которым владел более-менее сносно: – Я тут случайно. Проездом. Трамвая жду. – О! Слышал, Патрик? На нашем балконе теперь трамвайная остановка! – блондинка расхохоталась и неожиданно чмокнула Сергея в щеку, оставив след от вызывающе красной помады. – Очень приятно, Серж! Я – Люсиль. А это – мои друзья. Патрик! Кучерявый блондин в очках – по виду этакий типичный ботан – церемонно поклонился. – Аннет! – смуглая брюнетка в голубых джинсах тоже пристала с поцелуем… Сержу понравилось. А что? Очень даже неплохо тут! Морду сразу не бьют, полицию не вызывают. Наоборот – со всем радушием встретили. Целуют даже! Вот бы и дальше так. – Надин… – русая в красном платьице… Тоже чмокнулись! – А это – Жан-Клод! – тяпнув самокруточку, Люсиль ткнула пальцем в угрюмого бородача-брюнета. – Наш Кон-Бендит и Сартр вместе взятые. Короче – красный. – Не красный, а справедливый! – бородач крепко пожал Сержу руку… и – единственный из всех! – предположил, откуда бы новый знакомец вообще смог взяться? – Ты – друг Жана-Пьера и Клодет? Они обещались зайти попозже… – Он, верно, портвейн пил на кухне! – крашеная блондинка Люсиль – молоденькая, этакий гленастый подросток – -приобняла стажера за шею. |
