– Свяжетесь с ними? – переспросила она. – Но как? У вас есть облачные камни?

– Нет. Ледяные Люди могут разговаривать друг с другом без них. Мы называем это «воющей цепью». Сообщения передаются от тролля к троллю, пока не достигнут того, кому предназначены.

– Интересно, – вот и все, что Халла могла ответить на его слова.

Глава седьмая

Гвендолин из Охотничьего Перевала

в герцогстве Хейран

Поцелуй был крепким, глубоким и страстным. Она закрыла глаза и растворилась в объятиях Ксандера. Она не знала о любви, но чувствовала ее всем своим существом. Все ее тело трепетало, стараясь как можно ближе приникнуть к теплой плоти, прижимавшейся к ней. Она страстно жаждала обладать им: его разумом, его теплом, его сутью. Что бы он ни отдал ей – она примет все и потеряет голову в экстазе.

Он остановился, и их взгляды на секунду встретились.

– Ты нужна мне, – прошептал он. – Мне никогда ничего не было нужно. Но ты мне нужна.

Она нежно дотронулась до его лица и резко выдохнула, когда он подался вперед. Обхватив его за шею, она улыбнулась.

– Разговоры оставим на утро, любимый.

Прикусив кожу на его груди, она обхватила его ногами и зарычала в неистовом желании. Ксандер ответил ей тем же, и далее от него слышались только звуки животной страсти.

* * *

В походных условиях Гвен всегда просыпалась резко. В командном шатре, который она делила с мужем, царствовал холод: ткань шатра не защищала ни от пронизывающего ветра, ни от звуков отдыхающих солдат – а лагерь в пять тысяч Ястребов по ночам был достаточно шумным.

Она всегда вставала раньше мужа, наслаждаясь утренним воздухом и уединением, которое дарило раннее пробуждение. Ей составляли компанию только лагерные слуги – они разводили костры и готовили еду для офицеров. По большей части солдаты заботились о себе самостоятельно, но из-за традиций – например, нежелания аристократов самим ставить себе палатки – слуги все еще оставались необходимостью.

Ее личная горничная, простодушная юная девушка по имени Леннифер, постоянно сопровождала ее и задавала странные вопросы об одежде и прическе. Леннифер еще не привыкла, что Гвен почти не интересуется нарядами и предпочитает простую кожаную броню. В тех редких случаях, когда ей приходилось делать над собой усилие и одеваться соответственно своему положению, она только распускала длинные черные волосы и надевала простое синее платье.

При дворе Ксандера в Ро Хейране Леннифер была ее неразлучной спутницей, она постоянно поддерживала ее и давала хорошие советы по поводу особенностей жизни благородных особ, к которой воспитание в Охотничьем Перевале совсем не подготовило Гвен. Однако к долгой жизни вдали от города юная девушка так и не смогла привыкнуть.

– Миледи, – Леннифер натянуто улыбалась – в военном лагере она чувствовала себя неуютно, – какое чудесное утро!

– Тебе не обязательно просыпаться в одно время со мной. Подозреваю, я встаю раньше многих в лагере, – произнесла Гвен, мягко потрепав ее по плечу.

Леннифер носила коричневую длинную рубаху – не совсем платье – и шерстяные штаны, собранные на талии серебристым поясом. Через несколько дней после того, как они покинули Хейран, она по совету своей госпожи перестала носить форму горничной и женские платья. Солдатам не нужно лишний раз напоминать о разгуливающей по военному лагерю невинной незамужней девушке.

– Мне нравится прислуживать вам, миледи, – ответила девушка.

– Я вижу.

Гвен продолжила свою бесцельную прогулку, зная, что Леннифер все равно последует за ней, и неважно, просила она ее об этом или нет.