— Железный капут, секретное оружие четвертого райхсмахта, на необъятных просторах Зуруссии, — пропыхтел Олег, подмигивая Ревку. Тот ничего не понял, но важно кивнул:

— А то.

Огонь автоматического оружия полностью тонул в грохоте разрывов, дым от которых совсем скрыл мечущихся хангаров. Стрельба продолжалась около

минуты. Ни единого выстрела в ответ так и не раздалось и, когда повисла звонкая тишина, голос Гоймира, поднявшегося в рост, показался в ней громче разрывов гранат:

— Йой засранцы! Поднимайся, кто там часом живой, бить не станем! — и он оскорбительно засмеялся.

Стало слышно, как там, среди взрытой, дымящейся земли, стонут и крича раненые — на разные голоса. Тогда Гоймир сказал:

— Выжлоки не могут умирать молчком. Дорежьте тех, кто пищит. И нам в дорогу!

* * *

Орудия били неподалеку — бум-бум-бум, тишина, бум-бум-бум, тишина, и огонь не казался ни страшным, ни навязчивым. Он стал такой же частью мира, как дождь.

Зажав кутами банку консервов, Богдан распорол её камасом и, подцепив кусок мяса, передал банку Олегу. Тот поступил так же, передал банку Йерикке. Все трое молча, жевали, бездумно глядя перед собой.

Бум-бум-бум. Бум-бум-бум.

— Жаль, — вдруг сказал Йерикка.

— Что? — осведомился Олег, цепляя из банки еще кусок мяса.

— Стрелково. Хорошее было место… Где там Резан?

Резан с Даноком и Хмуром свалились на полянку почти сразу после этих слов. К ним, повскакав на ноги, подошли остальные. Вытерев грязную ладонь о штанину, Резан молча достал блокнот с карандашом. Подумал и сказал:

— Вот так… Весь разрушили вполовину. Тут, тут и тут дома часом еще горят. Завалы на улицах видно, рвы…

— Вот то, — Данок добавил несколько штрихов к плану.

— Верно… Шесть орудий — больших — стреляют во-от с этого места. Враги в лесу, на открытом месте пусто. У дороги горят броневая машина да грузовики, три числом… Полями, огородами — с дюжину еще машин и два ста, не меньше, мертвяков. Тут и тут, — он указал на карте, — вельботы погоревшие, уж чем их завалили — не ведаю.

— Пройдем? — деловито спросил Гоймир. Резан скривился, долго молчал, потом сказал:

— Так все одно боем прорываться станем. Далеко, пробежим полпути — заметят, вот слово.

— Ползком, — предложил Йерикка. — Не пойдет?

— Можно, — кивнул Резан. Ребята вокруг застонали на разные голоса. Гоймир кивнул:

— Порешили. Значит…

— Тихо! — Яромир вдруг приподнялся. — То что?

Все обернулись в ту сторону, куда он указал. И в полнейшем изумлении увидели, как в сотне шагов от них — в ложбину — въехали три мощных грузовика и остановились колонной. Словно бы чего-то ждали.

Горцы поплюхались в траву. Резан зашептал в ухо Гоймиру:

— А давай тишком экипажи выбьем, погрузимся, да и напропалую… Давай, а?

— А идея-то хорошая, — заметил Йерикка. — Подберемся, посадим их на клинки и… Давай, а?

Гоймир раздумывал. Грузовики вели себя как-то странно. Из них никто не выходил… да и что им вообще тут понадобилось? Однако план Резана Гоймиру нравился. Юный князь уже готов был согласиться, но тут на подножку, а потом — капот переднего грузовика выбрался и поднял к  глазам бинокль парень в головной

повязке Рысей!

— Боги! — воскликнул Хмур.