— Так, подождите… — задумчиво проговорил отличник. — Вы предлагаете мне сейчас активно педалировать тему вервольфа и ликантропии, чтобы наши полномочия остались такими же широкими, как сейчас на некое продолжительное время. И по каким-то своим каналам намерены зачерпнуть из золотого потока, который хлынет из Ленинграда в Европу через Псков. Я верно понял?

— Я знал, что вы умны, мой друг, — сказал Баба Яга. — И в качестве жеста доброй воли… Вот, это всего лишь небольшая мелочь.

— Взятка? — сдавленный смешок.

— Ой, да бросьте! — отмахнулся Баба Яга. — Это мелочь по сравнению с тем, сколько мы с вами сможем заработать! Мы ведь договорились?

— Да, — после короткой паузы ответил отличник.

— Вот и прекрасно! — воскликнул Баба Яга. — Тогда мы можем идти, иначе наше отсутствие заметят и начнут задавать вопросы…

— Нет, подождите, — стул снова грохнулся о заднюю стенку стола прямо над моим ухом. — Раз уж мы здесь, я должен кое-что сделать.

Шаги. Потом хлопок, кажется он взял стопку папок и грохнул ее об стол. Зашуршали страницы.

— Что вы делаете? — спросил Баба Яга.

— Нам же нужна ликантропия, верно? — теперь уже усмехнулся отличник. — Считайте, что сейчас я ее создаю!

Молчание, тихие смешки, скрип ручки по бумаге.

— Семь случаев будет достаточно для начала? — спросил отличник.

— Друг мой, это же гениально… — восторженно прошептал Баба Яга. — Я даже и подумать не мог…

— Рад, что вам нравится, — проговорил отличник. — Вот теперь мы можем идти.

Шаги, щелкнул выключатель, хлопнула дверь, ключ повернулся в замке дважды. Удаляющиеся шаги по коридору. Лязг железной решетки.

Уф… Мне понадобилась вся сила воли, чтобы не застонать, когда я выбрался из-под стола. Завязанное в узел тело затекло адски, и распрямлялось мучительно.

Интересно девки пляшут и грудями шевелят… Это получается эти двое из Аненербе решили хайпануть на моей диверсионной деятельности? Что ж… Такая шумиха мне только на руку. Мистики им захотелось? Будет вам мистика-ху*стика. Гады уже делят шкуру неубитого Ленинграда. Только шкуры не будет. Выстоит город-герой, уж мне ли не знать.

Кабинет заперли снаружи. Не критично. Так даже безопаснее сейчас искать медкарту Яшки. То есть Коли. Я стал перебирать папки с незатёртыми корочками. Сколько пациентов в психушке? Сотни четыре-пять? Николаев там максимум с десяток наберётся, или того меньше. «Коля Коля, Николай, сиди дома не гуляй, серый волк тебя найдёт, серый волк тебя спасет» — напевал я, перефразировав частушку и роясь в бумажках.

Вот! Николай Васильевич Синицын, 1905 года рождения. Поступил в сентябре. Предварительный диагноз — параноидальная шизофрения. Блин, фотки нет, конечно. Но вроде все сходится. Похоже это наш Яшка. Так… Шизофреников Рашер в первую очередь на опыты пустит. Садюга-доктор горазд на выдумки. Из своего времени я помнил, как он будет проводить эксперименты на устойчивость людей к гипотермии, к ядам к ожогам и горчичному газу. Сволочь ноги будет ампутировать без анестезии. Плечи мои передернулись, а в душе вскипело. Одно дело слышать об этом в документальной хронике, а совсем другое, когда это происходит здесь и сейчас. Рашер будет травить, жечь фосфором и морозить сотни пациентов до смерти. Особенно он развернется в сорок втором. В мозгу щелкнуло — хрен тебе, а не эксперименты! Вервольф тебя на ремни пустит.