Пожалуйста, не дай мне сказать или сделать что-нибудь, чтобы опозорить себя или мужа.

Эмма сразу же подбегает ко мне и протягивает бокал.

- Специальное болеутоляющее Эвана.

Я подношу к носу и вдыхаю.

- Ммм…пахнет вкусно.

Джек Генри забирает бокал из моих рук и пробует на вкус.

- Будь осторожна Л. Эван любит обводить вокруг пальца. Он будет добавлять всё больше и больше рома в каждый твой напиток. Таким образом он любит доставать меня.

Они оба ведут себя, как маленькие дети. Уверена, они постоянно делали это в детстве. Бедная Маргарет.

Эмма смеется.

- Джек не шутит. Тебе стоит следить за Эваном. Большего всего на свете он любит задевать брата, и он будет делать это через тебя, тоже самое делает и Джек, - она ударяет моего мужа по руке, - Они никогда не остановятся. Я думала они со временем повзрослеют, особенно после рождения детей, но как бы ни так. Они еще хуже, чем мои дети, так что я давным-давно потеряла надежду.

Я не хочу проторчать в туалете всю ночь и утро.

- Не волнуйся.

Эмма хватает меня за руку и ведет за собой.

- Пойдем. Я со всеми тебя познакомлю.

Одна личность сменяет другую, их так много. Джек Генри был прав. Меня передают от одного человека к другому, как какую-то диковинную штучку. Все на вечеринке хотят познакомиться с женщиной, которая похитила сердце Джека Маклахлана.

Запомнить все имена просто нереально.  Мне нужно отдохнуть от толпы и…алкоголя. Джек Генри и Эмма были правы. С приближением ночи Эван смешивает для меня гораздо более крепкие напитки.

Я привлекаю внимание Джека Генри и указываю на дверь, давая понять, что хочу выйти на свежий воздух. Он кивает, и я посылаю ему воздушный поцелуй.

Выйдя наружу, я сажусь в кресло в патио. Боже, как жарко. Я не привыкла встречать новый год в летнее время. Сейчас я бы предпочла, чтобы шел пар изо рта из-за холодного воздуха.

Это, конечно, не конец света, но я поняла, что настоящего Рождества в Австралии у меня никогда не будет. Все те вещи, что у меня ассоциировались с праздниками, здесь всё по-другому. Меня беспокоит то, что мои дети никогда не будут играть в снежки после того, как откроют подарки от Санты.

- Вижу, ни одной мне захотелось подышать свежим воздухом.

Я поворачиваюсь на женский голос, который прерывает мои мысли, и вижу красивую, миниатюрную блондинку с шелковистыми волосами, струящимися по ее спине.

- Да. Слишком много всего за раз.

Она садится в кресло рядом со мной.

- Я заметила, как Эмма возится с тобой. Предполагаю, ты ее невестка - Лорелин.

Эта женщина знает мое имя, но это неудивительно, поскольку каждый на этой вечеринке знает, что я жена Джека Генри. Все-таки это нервирует.

- Да, так и есть.

- У тебя восхитительный акцент.

- Спасибо. Я пыталась его приручить, но всё бесполезно.

- Нет. Ты говоришь, как милая деревенская девушка, - смеется она. - Не стоит избавляться от него, чтобы угодить своему мужу.

Это правда, я считаю себя провинциалкой, но я не уверена, что мне нравится тон этой женщины. Возможно, она пытается задеть меня, думая, что я слишком глупа, чтобы понять это. Я и словом не обмолвилась о том, что хочу избавиться от акцента, потому что он не нравится Джеку Генри.

- Моему мужу нравится мой акцент, и он никогда не хотел, чтобы я говорила по-другому.

- Ты сама сказала, что пыталась изменить его.

Я точно знаю, что я сказала.

Я не знаю эту женщину и у меня нет ни малейшего желания спорить с незнакомкой. Я вышла на свежий воздух, чтобы отвлечься от пустых разговоров, и не собираюсь вести беседу с ней, особенно, если она собирается переворачивать мои слова.

- Извините меня, -  я поднимаюсь, чтобы уйти.