«Ну, дела! — подумал я. — Нашли время играть…»

Тем временем передо мной появился стакан с чем-то мутным, похожим на сильно разбавленное молоко. То ли брага, то ли паршивый самогон.

— Помяни бабушку, — проскрипел из своего угла мужчина. — По-людски чтоб…

Я сделал глоток. На вкус это был какой-то травяной отвар с примесью уксуса.

— Что это? — невольно поморщился я.

— Пей, — голос женщины стал холодным и твердым.

Я что-то пробормотал, слабо пытаясь протестовать, но снова подействовали неведомые чары. И я начал пить. Женщина внимательно смотрела мне в глаза, пока я не влил в себя весь стакан.

— Ну, теперь будете играть, — сказала она, не отводя от меня взгляда.

Но мне было совсем не до игр. Я поднялся с табуретки и нетвердым шагом подошел к стене, где сел прямо на пол. Навалилась слабость — я даже спину не мог держать прямо.

Замарашка села рядом, она что-то говорила, но звук ее голоса метался, глох, и я ничего не мог разобрать. Да и не хотел. Странно, но я не испытывал ни страха, ни злости — ничего. И еще меня успокаивало присутствие этой девочки: я не верил, что при ней мне могут причинить какой-то вред — отравить, обобрать и тому подобное.

А потом я обнаружил себя лежащим на краю кровати, причем сквозь тряпки рядом явно ощущалось одеревеневшее тело бабки. Мне было все равно. Чье-то круглое белое лицо склонилось надо мной, прозвучал заботливый, почти нежный голос:

— Выпей, выпей… — и снова кислый травяной отвар потек в горло. — Теперь у тебя есть бабушкины глаза… теперь ты видишь…

Я действительно что-то видел, но это походило на нездоровые сновидения: мне мерещились огромные пещеры, где копошились грязные полуголые люди, затем — исполинские черные горы, глухо рокочущие и дрожащие, я видел, как тысячи темных камней обрушиваются с неба, волоча за собой пыльные хвосты…

Внезапно я ощутил, что лежу в темноте на холодном земляном полу и под одеждой у меня ползают насекомые. Где-то вверху открылась квадратная крышка, пропустив немного света. «Какой слабенький», — раздался далекий голос Замарашки. «Ничего, — ответил ей худой мужчина. — И мы такими были». «Как ты думаешь, он уже готов?» — спросила Замарашка. «Пожалуй, — ответил мужчина, чуть помедлив. — Клиент созрел. Забирай его». «Ну, тогда мы пошли!» — радостно произнесла Замарашка.

И через мгновение на меня обрушился ослепительный, режущий глаза свет. Я попытался вскочить, но не удержался на ногах и снова завалился на пол. Я ослеп, глазам было больно, тело не слушалось. Мной овладела паника.

— Тихо, тихо, — прошептала Замарашка. — Не бойся, открой глаза. Я понял, что девочка рядом. И снова это подействовало благотворно — я моментально успокоился.

Ну, почти успокоился.

— Открывай же глаза, — велела Замарашка. — Все хорошо.

Я приподнял веки. Повсюду был желтоватый призрачный свет — и наверху, и вокруг, и под ногами. Медленно проступили очертания окружающей обстановки — кажется, я находился в просторной пещере со светящимися стенами.

— Где ты? — позвал я Замарашку.

— Рядышком, — беспечно ответила она.

Я повернулся на звук. Действительно, Замарашка была рядом, она улыбалась. Правда, я видел ее нечетко, мне даже показалось, что сквозь нее видны светящиеся стены.

— У меня что-то с глазами, — с усилием произнес я. — Плохо вижу…

— Наоборот, ты теперь видишь лучше всех! — ответила девчонка так, будто поздравляла меня.