|
Волосы парня, некогда чистые, опрятно уложенные, засалились, свалялись. Местность вокруг была блеклой, невзрачной. По обе стороны дороги унылой вереницей тянулись остатки строений, по большей части высотой лишь в несколько локтей. Тянулась впереди дорога - прямехонькая! - уходящая к невысоким холмам. По сравнению с разоренным побережьем окраины выглядели отраднее - зелень полей, деревья; но и те какие-то безрадостные. Переплетение диких трав и древесной поросли, отдельная покосившаяся стена или развалившийся амбар - как будто здесь пронесся жестокий ураган, перекалечивший все на своем пути. Пока дорога была ровной, мужчины бежали бодрой, уверенной рысцой. Но вот она постепенно начала подниматься к холмам, и их шаг замедлился. По движениям Массига можно было догадаться, что он притомился, и мысль об этом огорчала Найла, но и помочь он не мог. В конце концов, когда подъем стал настолько крутым, что бедолагам пришлось замедлить ход до шага, юноша наклонился вперед и похлопал по плечу того, который поближе: - Может, мы лучше слезем и пойдем пешком? Он так изумился, что невольно встал, и остальные вместе с ним. - Пешком? - Он в растерянности покачал головой.- Это зачем? - Чтобы вам было легче. Тот мотнул головой: - Да что ты! Нам тогда несдобровать! - Ну почему? - Потому что возить вас - наша прямая обязанность. Если мы не будем с ней справляться, хозяева строго с нас спросят. Он повернулся спиной и снова взялся за оглобли. Массиг бросил Найлу теплый, признательный взгляд мол, посочувствовал, и на том спасибо. Спустя полчаса повозка достигла вершины холма. Внизу, в чаше из окружающих холмов, лежал город пауков, явившийся Найлу в видении возле колодца. Город огромных башен (в действительности они оказались еще выше, чем в видении). И даже с такого расстояния можно было различить гигантские паучьи сети, натянутые между ними. Здания - в основном серого цвета, встречались и почти черные. Многие напоминали, скорее, руины, но все равно были выше тех красных, изъязвленных ветром каменных столбов в пустыне, неподалеку от их пещеры. Найл отродясь не видел зрелища более захватывающего, чем этот город, возведенный, казалось, великанами. А в центре этого грандиозного скопища зданий, стоя особняком посредине небольшого лоскута зеленого пространства, возвышалась Белая башня. Высотой она уступала многим из окружающих строений, но резко выделялась среди них чистой, ослепительной белизной. Под залитым солнцем небосводом она искрилась, словно сама излучала свет. В отличие от башен-прямоугольников она была круглой, с вершиной чуть уже основания. Точно изящный перст, указующий в небеса. Найл оглянулся на мать и брата: судя по их лицам, они тоже испытывали и восторг, и изумление. |
