– Ты что здесь делаешь?

В этот миг он был страшен. Горящие глаза, искаженное яростью лицо…

Тут бы Тамаре и пришел конец, но Шарлю попался под ноги стул. Дракон отшвырнул его в сторону, повернул голову – и невольно наткнулся глазами на два портрета.

Костя попросил Юлю нарисовать их. Его и Алю – на одном портрете. И всех троих – на втором.

И портреты получились просто великолепными. На этот раз – без всякой стилизации. Разве что чуть-чуть. На первом портрете все трое были изображены в обнимку. Где-то на лесной поляне, веселые, хохочущие, смеющиеся… Костя и Юля – в джинсах и майках, Аля в легком голубом платье. Второй портрет был немного строже. И походил на старинную фотографию.

Аля сидит на стуле, выпрямившись, как королева. На спинку стула опирается Костя. У нее на губах нежная улыбка, голова чуть вскинута – сейчас она развернется к мужу, чтобы что-то сказать. У Кости на лице выражение… как Юле удалось передать эту любовь? Два удара кисти – и она навсегда осталась запечатленной в чертах сурового мужского лица.

Он любит. И бережет. И…

Ему бы не понравилось, что я испачкал его ковер кровью, – вдруг пришло в голову дракону.

Приступ ярости кончился. А Шарль вдруг осознал, что такого с ним еще не бывало ни разу – с тех пор, как его проклял родной брат. Последний приступ ярости унес его жизнь. А с тех пор драконье бешенство оказалось для Шарля под запретом.

Дракон неверяще перевел взгляд на свои руки.

По внутренней стороне кисти бежала цепочка чешуек. Такая невероятная, такая ярко-алая на бледной коже… так он все-таки… неужели он сможет опять встать на крыло?!

Шарль глубоко вздохнул, очищая свой разум от гнева. И перевел взгляд на Тамару.

– Чтобы завтра тебя здесь не было. Вместе со всем твоим поганым семейством.

Тамара что-то пискнула. Шарль, не обращая на нее внимания, подошел к столу, загрузил компьютер и принялся перекачивать информацию. А сам быстро начал проглядывать бумаги. В отличие от женщины, он понимал, о чем идет речь. И вовсе не собирался оставлять такие вещи в кабинете, где до них может добраться каждый. Еще надо будет забрать все из сейфа. Но это – потом, когда…

Он перевел взгляд на Тамару.

– Пошла вон.

Видимо, этот тон что-то затронул в женщине. А может гены проснулись. Але она ведь приходилась сестрой…

– Да как вы смеете со мной так разговаривать?! Что вы себе позволяете!? Меня пригласила сестра! И вы не можете здесь распоряжаться! Кто ты такой, вообще!? Мальчишка! Сопляк! А Юля – моя племянница! И я обязана буду оказать бедной сиротке моральную поддержку!

Шарль от души расхохотался. Юля – бедная сиротка, не угодно ли!? Да она за такое с лестницы спустит. Но…

Дракону вдруг пришла в голову одна идея.

– Ладно, – он холодно поглядел на Тамару. – Можешь остаться здесь вместе со своим выводком. Забери своих чадушек из Юлиной квартиры. Не успеешь – сама виновата, я завтра же поменяю замки. Когда Аля выздоровеет, она сама решит, что с вами делать. А пока – живи.

Тамара вздернула подбородок и величаво выплыла из кабинета.

Шарль оскалился.

На безрыбье и рыба раком станет. Точно. А Тамара послужит живцом. На которого можно будет поймать крупную рыбку. Надо будет поговорить с Мечиславом…

Компьютер пискнул, подтверждая, что процесс прошел успешно. Теперь надо изъять жесткий диск, опустошить сейф за картиной и другой – за одной из плиток в туалете, и покинуть квартиру. За дверью ждут два телохранителя – тигр и лиса. И ночь только еще начинается…

Мечислав оглядел группу из четырех тигров и одного лиса. Все были чуть потрепаны, чуть взъерошены и чуть взволнованы.