– Он должен быть там, – Филонов махнул рукой в сторону площади. – А я намереваюсь жахнуть прямо, поверх крыш. Вон туда…

– По бензовозам?

– Не-а. Чуть левее… Наши в том районе вообще не работают.

– Ну, смотри, – Михаил покачал головой. – Как знаешь…

– Тут и смотреть нечего, – Никита спрятал бинокль в футляр и положил ладони на сошки гранатомета. – Все и так ясно. Миша, сдвинься на пару метров дальше, а то сейчас гильзы посыпятся…

Филонов покачал АГС взад-вперед, устанавливая его поплотнее, скорректировал механизм точного горизонтирования, включил систему ночного освещения прицела и положил ладони на рукоять.

– Ну, с Богом…

Гранатомет отрывисто рявкнул, и спустя четыре секунды на расстоянии шестисот метров от позиции казаков вспыхнул оранжевый огонек разрыва.

Никита изменил вертикальное положение ствола, переключил рычаг механизма подачи выстрелов на автомат и нажал на спуск. АГС застучал, как отбойный молоток, и всего за четверть минуты выпустил оставшиеся двадцать восемь зарядов.

Темное пространство за площадью осветилось чередой взрывов.

– Готово! – удовлетворенно заявил Филонов и сдернул гранатомет на землю.

Три движения – и в руках экс-браконьера оказались затвор и возвратная пружина. Парой ударов кирпичом Никита превратил ствольную коробку в измятый кусок жести, зашвырнул извлеченные части механизма в кусты и повернулся к Фирсову с Чубаровым.

– Ни грамма пороха врагу. Теперь рвем отседова! И поживее…

Каждый считал своим долгом отрапортовать Главе Государства о проделанной работе.

И каждый лелеял надежду, что выделится на фоне остальных.

Вместе с высокопоставленными чиновниками прибыла и многочисленная свита. Но на летное поле сопровождающих не пустили. Сотрудникам Федеральной Службы Охраны и чиновникам пришлось удовлетвориться местами в зале ожидания аэровокзала, откуда за полчаса до их приезда удалили всех посторонних. Суетливые бюрократы расселись по скамейкам и изобразили на лицах скорбную сосредоточенность. Каждый сжимал в руках кейс или папку, должную символизировать вместилище документов для работы, хотя у половины чиновников в дипломатах лежали фляжки с коньяком или несколько свежих газет.

Зачем они всей толпой приехали в аэропорт, никто бы толком не объяснил.

Просто так положено.

Раз в город прибывает Первое Лицо страны, все чиновники всех рангов считают своим долгом потусоваться поблизости от монаршего тела. Авось приметит да предложит перебраться в Москву, на скромную, но кремлевскую должность. Где деньги сами к рукам липнут, только успевай по карманам распихивать…

Президент спустился с трапа в мрачнейшем расположении духа.

Во время полета он ознакомился с последними данными по катастрофе и выяснил, что девяносто девять процентов деятельности уполномоченных должностных лиц – это составление бумажек «на тему», а отнюдь не рапорта о проделанной конкретной работе. Как и везде в государственном аппарате, чиновники подменяли дело кипой никому не нужных документов, в каждой строке которых просматривалось желание переложить ответственность за произошедшее со своих плеч на чьи-нибудь другие.

Встречающиеся выстроились по негласному ранжиру.

– Успел ознакомиться? – Президент пожал руку своему представителю в регионе.

– В общих чертах, – генерал-полковник чутко уловил исходящие от Главы Государства волны раздражительности и принял озабоченно-печальный вид. – Служебная записка уже готова.