|
Так что, никакой жалости к княжёнку Кейстуту и его воям Емеля не испытывал. Встретят они его отряд у Берестье и проводят почти до Гродно, а там на лесной дороге и разберутся с язычниками. Взорвут бомбу, закидают стрелами и сховают потом мёртвых в лесу. А место сечи зачистят, как и не было там ничего. Пропал. А кто его знает как? Ищите. Понятно, что будут искать. Узнают, что русскую землицу отряд Кейстута спокойно покинул, и Белосток покинул, а это уже литвинов теперь землица. И пропал.
Возвращаться назад им не нужно. Всё одно через седмицу войско тем же маршрутом пойдём к Ковно. Задание на дальнейший маршрут выглядело так, дальше они движутся на Сувалки, а оттуда к Ковно, где должны соединиться с отрядом картографа Фёдора. Потом нужно помочь Федору и его людям организовать магазины в Ковно, скупая продукты в ближайших селищах, но не в самом городе и в небольших количествах, чтобы цены резко вверх не пошли.
Всё войско должно подойти к городу первого сентября. Емеля улыбнулся, вспомнив, как ругался Андрей Юрьевич. На первое сентября у него назначена встреча с Агафоном, купцом генуэзцем, а тут Гедимин не может маленькую крепостцу взять без него.
— Дебилы! Навуходоносоры!
— Кто это? — поинтересовался у князя десятник.
— Навуходоносор? Царь такой был в древности. Евреев гонял.
— Евреев? Так правильно делал, они же Иисуса распяли⁈ — не понял Емеля, — Что же в нём плохого?
— А вон тебя чего интересует⁈ — хмыкнул князь, — Ну, имя у него такое. Обзывательное. Доцент так ругался.
Кто уж такой «доцент» Емеля тогда спрашивать не стал, ничего объяснения Андрея Юрьевича не проясняли. Но теперь и сам, если кого обругать нужно позаковыристей, то называл его Навуходоносором.
Событие четырнадцатое
Ничего. Ничего страшного. Наоборот… Ну, если с обеих сторон на ситуацию посмотреть, то ведь Гедимин туда к этой мелкой крепостце тевтонской на Немане всё войско своё двинет. Те же тысяч пять соберёт. И когда войско второе под руководством тысяцкого Владимира боярина Андрея Молибоговича и брянских князей — зятя Дмитрия Александровича и братца его двоюродного Олега Святославича Гомельского подойдёт к Турову и Дубровице, то эти два осколка Турово-Пинского княжества и сами ничего противопоставить владимирцам не смогут и литвинов позвать на помощь у них не получится. С помощью пушек вышибут им ворота и должны сдаться князья, тем более что города и земли при них останутся. Они просто войдут в состав Брянского княжества. А то, понятно, входит как бы в состав Русского королевства, о создании которого он так никому и не объявлял.
Земли эти пока Гедимину не принадлежат, он просто так претензию выкатить не сможет Андрею Юрьевичу. А Дмитрию Брянскому? Ну, пусть попробует. Далеко ехать. Зимой не воюют. А до весны много чего произойдёт. Например, какие-то неизвестные будут со стороны Литвы всю зиму налетать на крестоносцев и грабить их. И убивать святых братьев. Не выдержат те и, пылая праведным гневом, весною всей силой попробуют покуситься на Великое княжество Литовское. И тогда Гедимину точно не до Турова станет, он и сам в этой войне завязнет и вынужден будет просить помощи у князя Владимирского и братьев брянцев. И те приедут и помогут, как родичу не помочь. Но тогда уж Туров с Дубровицей точно будет числиться за Брянским князем. Тут либо помощи просить, либо ратиться на два фронта и на севере, и на юге. А там и недовольные усилением Литвы Великие русские княжества подтянутся, Гедимин и с Москвой, и с Тверью поссориться успел знатно.
Так что может и не плохо, что он не в ту сторону сейчас путь держит. Конечно хотелось пообщаться с Агафоном. Много чего интересного генуэзцам Андрей Юрьевич заказал и много чего приготовил на бартер и на продажу. Да хоть те же арбузы с дынями слопать. Обещали и семена привезти купцы и даже сами ягоды заморские. |