— Сдаюсь! — вскрикнул итальянец. — Сдаюсь!

Увернувшись от удара Уилла, он швырнул свой меч на землю и поднял руки вверх:

— Сдаюсь!

Острие меча Уилла остановилось в нескольких дюймах от его груди.

В этот момент Уилла окликнули. Он повернулся. Робер, Лоран и остальные рыцари направлялись к нему. Среди них был и Склаво с разбитым лицом. Правда, под глазом у самого Робера красовался синяк и он выглядел сильно разозленным.

В этот самый момент Уилл почувствовал сзади какое-то движение и быстро встал лицом к противнику. Как раз вовремя, потому что итальянец схватил с земли свой меч и ринулся на Уилла. Тот сделал обманное движение, стражник раскрылся, и фальчион вонзился ему в живот. Итальянец взвыл, выронил меч и повалился лицом вперед. Уилл вытер меч о его тунику и направился к товарищам.

— Извини, — сказал Робер, разглядывая поверженного врага, — я тебя отвлек.

— Пустяки. — Уилл кивнул на Склаво, который в ужасе смотрел на своего мертвого телохранителя. — Главное, мы его взяли.

— Взяли, да не того, — зло буркнул Склаво.

— С ним пришлось повозиться, — мрачно проговорил Робер, потирая щеку. — Не ожидал я от него такой прыти.

Уилл кивнул Полю:

— Отопри клетки. Скажи узникам, что они свободны. Робер, Лоран и я поведем Склаво в Темпл. Остальные направляйтесь к генуэзскому консулу и расскажите о произошедшем. А я доложу великому магистру. Больше здесь этих боев не будет.

— Да, я нанял человека убить великого магистра, но меня тоже наняли, — прохрипел Склаво. — Если ты будешь ко мне милосерден, я скажу, кто это.

Уилл посмотрел на Робера:

— Ну что, пошли отсюда?

— Если ты спасешь меня от казни, я прямо сейчас скажу, кто желал смерти великого магистра, — настойчиво повторил Склаво.

Уилл колебался. Казнить или миловать Склаво, мог решить только великий магистр. Но он же поручил Уиллу дознаться, кто пожелал его смерти. И если это был не Склаво, то дознание не закончено.

— Кто это был? — спросил он наконец. — Говори.

— Поклянись, что меня не казнят, — потребовал Склаво.

— Клянусь, — ответил Уилл. — Говори.

— Генуэзский купец. Его зовут Гвидо Соранцо.

Темпл, Акра 12 марта 1276 года от Р.Х.

Анджело приблизился к дверям покоев могущественного Гийома де Боже. Старший сын в семье, к тому же любимец отца, он редко кому кланялся. Однако сейчас ему пришлось заставить себя поклониться великому магистру.

— Благодарю тебя, Дзаккария, — сказал Гийом, не обращая внимания на венецианца.

Телохранитель вышел за дверь.

— Мой сеньор, — проговорил Анджело сквозь стиснутые зубы, — я удивлен, что вы меня призвали. У нас был уговор, что это я буду являться к вам и только в случае крайней нужды. Мне доставили из Каира свиток для ваших рыцарей, и я имел намерение прийти к вам на этой неделе. — Его голос отвердел, И он продолжил уже с меньшей учтивостью: — Но ваш слуга так меня торопил, что я не успел взять его с собой. Придется явиться еще раз, а каждая наша встреча увеличивает риск раскрыть тайну. — Анджело посмотрел на великого магистра, который наливал себе в кубок вина.