Как писал в дневнике И.И. Ренгартен, "на командующего флотом жалко было смотреть: с одной стороны "сберегать", с другой стороны, общее недовольство пассивностью наших действий".

Не удалось и спасение "Магдебурга". Упустив момент спасения (сил и средств не хватало), крейсер отдали на волю шторма, который стянул корабль кормой на глубокую воду. 18 сентября корабль прочно сел на дно, а на возобновление сильно осложнившихся спасательных работ шансов оставалось мало.

И все же средства для отпора немцам в море были найдены.

21. В тылу вчерашних друзей

Уже не раз с блеском оправдывая свое много обязывающее, державно патриотическое название, "Россия" и в мировой войне отличилась не имевшим повторения подвигом. Продолжая начатые 25 сентября/8 октября активные минные постановки в водах противника, Н.О. Эссен последовательно наращивал состав занятых в них сил. К 14/26 ноября 1914 г. миноносцы (и один раз "Амур"), доходя до Пиллау и Мемеля, выставил 1132 мины. На время, пока к такой же операции готовился "Рюрик", его роль флагманского корабля флота перешла к "России". Как записывал в дневнике И.И. Ренгартен, "великое переселение" совершилось с 20 по 28 ноября. На "Рюрике" для разгрузки корабля на время выхода с минами даже сняли крышу кормовой башни. Во время операции с участием крейсера "Адмирал Макаров" и заградителя "Енисей" 1/14 декабря и 2/15 декабря было выставлено 423 мины.

Тем временем под непосредственным наблюдением Н.О. Эссена к выходу в море с палубным грузом мин готовили "Россию". Просторная палуба (без уступа для каземата в корме, как было на "Громобое") позволила сделать корабль особенно эффективным и удобным заградителем. В эти дни штаб на России уточнял детали стоящей операции невиданного размаха. Корабль же продолжал плавания, в которых командующий флотом, чтобы, видимо, ввести в заблуждение германских агентов, несколько раз переносил свой флаг: в ноябре с "Рюрика" на "Цесаревич", 20-го на "Рюрик", 28-го на "Россию", 2 декабря на только что присоединившийся к флоту дредноут "Севастополь".

Новый 1915 год "Россия" встречала в боевом походе. Его целью был маяк Аркона на знаменитом германском острове Рюген. По-мирному сияло зарево огней, хорошо знакомых по прежним плаваниям городов и маяков побережья главной морской провинции германской империи. Еще несколько десятков миль пути, и всегда гостеприимный Киль – главная база германского флота и резиденция неизменно благожелательного к русским друзьям Принца Вильгельма Прусского – отведет "России" почетное место на рейде бухты напротив дворца Принца. Нетрудно было представить, что за мириадами огней побережья – в каких-то 100 милях светят и манят к себе огни одной из красивейших, благоустроенных и культурных столиц Европы – Берлина.

По собственным впечатлениям или путеводителям люди могли помнить красоты этого замечательного города – от уютных Unter der Linden до широко размахнувшихся в узорах трамвайных путей Александер-плац, двухэтажной эстакады вокзала Фридрих-плац, величественного королевского замка, национальной галереи, необъятного, с озерами, лугом и лесом, Тиргорфена и совсем по-парижски тихой улицы Бельвю.

Увы, все это было в казавшемся уже безнадежно далеко и безвозвратно ушедшем прошлом, и не дружелюбные, всегда радовавшие своей пунктуальностью и аккуратностью немцы, а коварные и деятельные, во всеоружии самой передовой в мире науки и техники, тевтонцы подстерегали теперь вторгшуюся в их воды "Россию". И не рождественские подарки доставила "Россия" к немецким берегам.