В тамбуре, за дверцами встроенного шкафа Таня нашла часть своей одежки, аккуратно развешанной по плечикам и разложенной по полкам. Внизу стоял новенький чемоданчик с ее монограммой. Как оно сюда попало? В Саррей, что ли, заезжали? Ни черта не вспомнить – вырубили, сунули, как чурку… в самолет и на Третью улицу Строителей, и скоро явится Ипполит…

К удивлению Тани, дверь в коридор оказалась незапертой. Более того, замка вообще не было. Что ж, есть разные способы гарантировать полную госбезопасность проживающих… Наспех одевшись, она выскользнула в коридор. Нормальный пустой гостиничный коридор, желтый ковер, лампы в круглых плафонах, даже кадки с фикусами и зеркало на повороте. А за поворотом – закрытое окошечко в стене, а над окошечком надпись: «Дежурная медсестра». Если и стало понятней, то ненамного.

Коридор закончился просторным холлом. Мягкие кресла вокруг столиков, декоративный камин, чьи-то портреты на стенах. «Дар сэра Арчибальда Нахмансона, баронета». «Сия доска увековечивает щедрость леди Витцли-Путцли». «В память моего мужа, авиации генерала Корнелиуса ван дер Хер». А за холлом сквозь витринные стекла видны круглые столы с номерами. Таня огляделась, прошмыгнула в столовую, увидела выстроившийся вдоль стены сверкающий ряд автоматов. Газировка, соки, печенье, мороженое. И все бесплатно, как при коммунизме. Только старый сигаретный автомат нахально требовал денег. Таня немножко пошебуршала в раздолбанной щелке кстати подвернувшейся ложечкой, подергала за рычажки – и была вознаграждена пачкой мятных «Пикадилли». Не лучший вариант, но выбирать не приходится.

Утолив жажду двумя стаканами ананасового сока, Таня возвратилась в пустынный холл и вышла через него в другой холл, побольше, с выходом на улицу и консьержкой за высокой стойкой – первым человеком, встреченным в этом непонятном месте. Таня приблизилась.

– Привет! – с улыбкой прощебетала молодая, простоватая на вид консьержка. – Не спится, да?

– Ага, – дублируя улыбку, ответила Таня. – Огонечку не найдется?

– Не-а. Слева от столовой курилка, там спички есть… Новенькая, да? Сменщица говорила, вечером привезли одну, в нуль удолбанную. Это ты, что ли, она и есть? Быстро оклемалась… Сильно ломает?

– Да так, – неопределенно ответила Таня. – А что, «Элвендейл» – это очень круто?

– А то! Очередь на три месяца……Правильное место, подруга.

– Дарлин! – окликнули сзади с ударением на последний слог, и Таня, не сразу поняв, что обращаются к ней, удивленно повернулась и посмотрела на высокую желтолицую женщину в белом сестринском костюме, шутливо грозящую ей пальцем. – Ай-яй, нехорошая девочка! Ночью бай-бай надо, а не гулять по корпусу. Ну-ка пойдем в кроватку.

– Это обязательно? – осторожно осведомилась Таня.

– Подъем в шесть ноль-ноль, а днем спать запрещается, – совсем другим тоном сказала медсестра. – Если испытываете нарушения сна, на период острой абстиненции можете получать препараты, но не чаще одного раза в четыре часа.

– Простите, какие именно препараты?

– Валиум и фенобарбитал.