Да, у нас... понимаю, тебе это в диковину... все
делается quick.
________________
*1 Живо, проворно (англ.).
_______________
Кристина наклоняется над тарелкой: лишь бы не смотреть сейчас тете в
глаза! Что-то покоробило ее в тоне, в лихости болтовни: в каждом слове
звучала какая-то фальшь, какая-то неестественная бодрость. За этим наверняка
что-то кроется, чувствует Кристина. Должно еще что-то последовать - и
следует.
- Конечно, лучше всего, если б ты могла поехать с нами, - продолжает
тетя, отделяя от пулярки крылышко. - Но Интерлакен, думаю, тебе не
понравится, это не место для молодых людей, и еще вопрос: стоит ли тебе
мотаться на два-три денька, которые остались от отпуска. Здесь ты
замечательно отдохнула, чистый, свежий воздух пошел тебе весьма впрок... да,
я всегда говорю, для молодежи ничего нет лучше высокогорья, надо, чтобы
Элвин и Дикки разок сюда приехали, а вот для старых, изношенных,
отбарабанивших сердец Энгадин-то и не годится. Да, конечно, мы были бы очень
рады, ведь Энтони очень к тебе привязался, но, с другой стороны, туда семь
часов и обратно семь, для тебя это многовато, в конце концов, на следующий
год мы опять сюда приедем... Разумеется, если ты хочешь с нами в
Интерлакен...
- Нет, нет, - отвечает Кристина, вернее, отвечают ее губы, машинально,
как продолжают считать вслух под наркозом, когда сознание уже давно
отключилось.
- Я даже думаю, тебе лучше поехать прямо домой, отсюда есть один
необычайно удобный поезд - я справлялась у портье, - отходит около семи
утра, завтра вечером будешь в Зальцбурге, а послезавтра дома. Представляю,
как мать обрадуется, дочка такая загорелая, посвежевшая, юная, в самом деле,
выглядишь ты роскошно, и лучше всего, если ты довезешь себя в таком
отдохнувшем виде домой.
- Да, да, - еле слышно капают два слога с губ Кристины. И зачем она еще
сидит здесь? Ведь оба явно хотят отделаться от нее, и поскорее. Но почему?
Что-то случилось, что-то наверняка случилось. Она машинально продолжает
есть, ощущая в каждом куске какую-то горечь, и думает только об одном: я
должна сейчас что-нибудь сказать, что-нибудь такое легкое, небрежное, чтобы
только не показать, что сердце обливается слезами и горло сжимает от обиды,
и сказать это как бы между прочим - холодно, равнодушно.
Наконец ей приходит на ум:
- Я принесу сейчас твои платья, мы их сразу уложим. - И она поднимается
из-за стола.
Но тетя спокойно усаживает ее обратно.
- Не стоит, деточка, время еще есть. Третий чемодан я уложу завтра.
Оставь все у себя в номере, горничная принесет. - И, внезапно устыдившись
добавляет: - Впрочем, знаешь, одно платье, красное, оставь себе, да, мне оно
больше не нужно. |