Такие громкие…

Я покачала головой, собираясь отстраниться, и вздрогнула, когда стена сотряслась от стука по ту сторону.

– Сара, меня слышно? Ты на меня все еще злишься? – расслышала я голос Люция, стремительно пятясь.

Моран стучал почти минуту, порою отбивая какой-то веселый ритм, но, не дождавшись ответа, прекратил. Вновь повисла долгожданная тишина.

Все это время я смотрела на перегородку со смешанными чувствами, в которых были удивление, раздражение и вопрос: «Почему я должна на тебя злиться? Правильнее было бы тебе гневаться на меня…»

Отвернувшись, я стала расстилать постель, пока подруга скрылась в соседней комнатке, выполнявшей роль уборной.

В какой-то момент, сжимая в ладонях край одеяла, я увидела свое отражение в мутном зеркале на противоположной стороне комнаты – на освещенном лунным светом лице блуждала легкая, едва заметная улыбка.

Улыбка исчезла, а я еще долго размышляла о причине, вызвавшей ее.

– Сара… – тихо позвала Айвен, когда мы легли. Я повернулась, поглядев на соседнюю постель, стоявшую почти вплотную к моей. Дэва несколько секунд молчала, гипнотизируя темнеющий потолок, прежде чем прошептать: – Тебе не стоит водить дружбу с ним.

– Почему? – задумчиво спросила я, сразу поняв, о ком речь. Моран так долго называл нас друзьями, что я была почти с ним согласна. И больше не видела причин для того, чтобы отталкивать его.

Девушка громко выдохнула, поднимаясь на локтях, и продолжила:

– Орден Сорель – один из самых могущественных среди светлых, а Северный царствует среди теневых. Это все не шутки. Рано или поздно вы окажетесь на противоположных сторонах. Фредерик станет главой, и ты будешь ему нужна.

– И я буду с ним. Фредерик всегда может на меня положиться, – непоколебимо и спокойно сказала я. – И Моран лучше, чем кажется со стороны, Айвен. Ты должна была это заметить.

– Не знаю… – холодно протянула она. – Пока я отчетливо вижу лишь его хитрость. И не понимаю, почему ты не обращаешь на это внимания.

Хитрость? Да, порой Люций и правда был крайне изворотливым. Нередко див вызывал раздражение, и я до сих пор до конца его не понимала. Но в то же время, сколько бы ни наблюдала за ним, всегда приходила лишь к одному: на Морана можно было положиться и ему можно было доверять. Даже несмотря на случившееся в лагере у озера Спокойствия и на его порою несносный характер. А неуемная энергия дива иногда провоцировала желание связать его. По крайней мере, недавний случай, когда он был пойман с поличным за попыткой покинуть территорию Академии Снов, показал, что это весьма действенный способ усмирения.

– Айвен, что ты знаешь о визите твоей мамы в Академию? – вдруг произнесла я. – Зачем она приезжала?

Повисла звенящая тишина. Скорее всего, из-за тонких стен, разделявших спальни, нас легко можно было подслушать. Но я не придала этому значения. Мы не разговаривали о чем-то по-настоящему важном и тайном.

– Для того чтобы найти виновного, разве нет? – дрожащим голосом проговорила дэва.

– Я думаю, что нет, – прямо высказалась я, ловя ее мимолетный взгляд. У Айвен был ограничитель моего дара, но даже без магии я разглядела панику в серо-зеленых, точно как у матери, глазах. Матери, которую боялась собственная дочь. – Айвен, если тебя что-то тревожит и беспокоит, ты всегда можешь рассказать мне. Вместе мы найдем выход.

– Могу ли? В последнее время мне кажется, что теперь у тебя есть кто-то гораздо ближе, – едко заметила она. Вновь посмотрела на меня, и ее взгляд виновато опустился. – Извини. Не знаю, что на меня нашло. Я просто, наверное, устала. Надо спать. Приятных снов.

Айвен стремительно перевернулась на другой бок и подтянула одеяло выше.