— Не возражаете, если мы посмотрим фильм в спальне?

— Нисколько. Но я не вижу экрана.

Рик засмеялся и нажал на кнопку. Послышалось гудение, и с потолка к изголовью спустилась платформа с большим телевизором, расположенным под углом к кровати.

— Я записал кое-какие фильмы на видео, — объяснил Рик. — Единственный недостаток тот, что смотреть приходится лежа.

— Здесь довольно удобно.

— Сейчас поставлю кассету. Подождите минутку.

— О’кей.

Он подошел к двери, остановился и показал в сторону ночной тумбочки.

— В серебряной коробочке сигареты с превосходной травкой из Колумбии. А в розовом флаконе с золоченой ложечкой самый замечательный кокаин в городе.

— Прекрасно, — улыбнулась Джордана. — Могу я попросить еще бутылку охлажденного белого вина? Наркотики меня обезвоживают.

Когда Салливан вернулся, она лежала нагишом на кровати, бережно держа пахироску. Фильм уже шел.

Он быстро разделся, сел рядом на постель и взял флакон.

— Хочешь нюхнуть? Этот порошок просто сводит с ума.

— Звучит заманчиво.

Салливан зарядил обе ноздри и передал ей флакон. Под действием наркотика у Джорданы заблестели глаза.

— Ну, как? — спросил он.

— Как нельзя лучше. — Она потянулась к нему рукой. — Ого, какой у тебя!

— Я тоже так считал, пока не увидел вон того коротышку на экране. Вот у него действительно!..

Джордана хихикнула.

— Что-то не верится. Он такой урод. — Она завороженно уставилась на экран. — О, Господи, нет! Не может быть, чтобы она по-настоящему взяла его в рот — целиком! Это какой-то трюк.

— Никаких трюков, — заверил Рик. — После выхода картины на экран актриса сколотила себе целое состояние, давая уроки дамам с Беверли-Хиллз. Все дело в том, каким образом расслабить горло.

Джордана склонилась над ним и нежно коснулась языком крайней плоти.

— Я буду счастлива, если мне удастся заглотить хотя бы половину.

Он вдруг расхохотался, и она вопросительно взглянула на него.

— Знаешь, когда я тебя увидел, то решил, что ты этакая недотрога.

— Я и есть недотрога, — с притворной застенчивостью сказала она. — Еще ни разу в жизни не смотрела порнуху. — Она всем телом налегла на Салливана.

— Восхитительно, — пробормотал он, опущенной рукой нащупывая кнопку сбоку кровати и тем самым включая камеру. Он умолчал о том, что из всех своих ролей по-настоящему дорожил только теми, которые разыгрывал в постели перед скрытой камерой. — Просто восхитительно.

Юсеф заскучал. Казалось, фильм никогда не кончится. От нечего делать он поводил глазами по сторонам и вдруг встрепенулся. Джорданы не было в комнате. Хозяина дома тоже. Юсеф проклял себя за то, что не заметил, как они вышли.

Он поднялся с места. Винсент вопросительно посмотрел на него.

— Пойду помою руки, — шепотом объяснил Юсеф, на цыпочках вышел в холл и остановился.

Салливан занимал огромный особняк. Любовники могли скрыться в любой из полудюжины комнат. Юсеф заглянул в кабинет, столовую, внутренний дворик — их нигде не было.

Страшно раздосадованный, Юсеф зашел в ванную и сполоснул лицо и руки холодной водой. Надо же так опростоволоситься! Кто-кто, а он должен был знать, что Джордана не откажет себе в удовольствии уединиться с хозяином дома — красивым, крупным самцом, не чета продажным вертопрахам, каких ей доводилось подцеплять на Ривьере.