— Но сразу после Рамадана начинается Пасха. Они непосмеют. Уважение к заповедям Моисея — важнейшая часть их религии.

Бен Эзра встал.

— Они чтут заповеди Моисея — но не так, как мы.

Ешнев устремил на него твердый взгляд.

— Пусть только сунутся, у нас найдется, чем их встретить.

— Надеюсь, — произнес старик—Однако, существуют и более действенные меры.

— Превентивный удар? — спросил Ешнев и сам же ответил — Мы не можем напасть первыми. Союзники нам не позволят.

Бен Эзра перевел взгляд на американцев.

— А может быть, и позволят, если убедятся, что без нас они быстро утратят свое влияние на Ближнем Востоке. Шестой американский флот не способен пересечь пустыню и захватить месторождения нефти.

— В Госдепартаменте убеждены, что в обозримом будущем нападения со стороны арабов не ожидается, жестко произнес Гаррис.

Бен Эзра усмехнулся и посмотрел на агента ЦРУ.

—. Вы тоже так считаете?

Смит воздержался. Кто он такой, чтобы делать официальные заявления?

Бен Эзра повернулся к американскому полковнику.

— На Суэцком Канале и Голанских высотах завершена установка современных советских ракет «Земля — воздух». Я видел их собственными глазами. Вам не кажется, что следует наступать, как только нами будут приняты защитные меры?

Уэйнгрин кивнул.

— Пожалуй.

— Так вот. Противник прекрасно вооружен. Единственное, что их сдерживает, это необходимость навести порядок в собственном доме.

— Как мы узнаем, когда это препятствие будет устранено? — поинтересовался Ешнев.

Бен Эзра пожал плечами.

— Никак. Узнаем, когда они выступят. Разве только…

— Что?

Старый генерал молчал. На него вдруг нахлынули воспоминания. Но через несколько минут его взор вновь прояснился.

— Вам может показаться странным, но у меня такое чувство, будто ответ на этот вопрос связан с Аль Феем. Ветер пустыни переменил направление, он больше не дует с востока — все чаще с запада. Арабские шейхи начинают чувствовать вкус богатства, а это конец русского влияния. Коммунизм не дает ответа на встающие перед ними вопросы. А западное влияние находится в зачаточном состоянии. Если арабы-предприниматели разумно поместят свои капиталы, в скором времени они будут контролировать весь мир, причем без единого выстрела.

Он обвел глазами присутствующих.

— Мне не хотелось бы разочаровывать вас, джентльмены, но мы больше не представляем опасности для мусульманского мира — разве что задеваем их самолюбие. Они Могут позволить себе маленькую победу — просто чтобы не потерять лицо. Большое наступление развернется позже, — он вновь повернулся к американцам. — Поэтому нам крайне необходима ваша помощь. Немедленно. Потом уже вы сами будете нуждаться в нас.

— Почему вы так думаете? — с надменной вежливостью осведомился Гаррис.

— Потому что мы, единственные в мире, способны их понять, — в лице старого генерала вдруг проступило сходство с ястребом. — И потому, что вы, а не мы, являетесь их главной мишенью.

Наступила тишина. Наконец Ешнев открыл рот.

— Вы станете по-прежнему держать нас в курсе?

— Разумеется. И сам буду признателен за информацию.

— Все, что в наших силах, — заверил Ешнев.

— Мне нужно подробное досье на Аль Фея. Вся его жизнь — частная и деловая.

Ешнев окинул присутствующих взглядом — никто не возразил.

— Оно будет немедленно передано вам.

— Вы доведете мои соображения до сведения премьер-министра?

— Да, обещаю.