Я вела себя хорошо. Позволила Чаку войти в лифт. Позволила дверям закрыться и не сказала ни слова.

Джейсон сжал мою ладонь и поцеловал в щеку.

– Ну как? – спросила я.

– Хорошо. Я не знаю, почему Чак так тебя цепляет.

– Так же, как и тебя, мистер Поцелуйте‑меня‑на‑подземной‑парковке.

Джейсон выглядел смущенным, что с ним бывает не часто. Я очень обрадовалась этому неожиданному подарку, так что не сразу заметила, что мы уже подошли к Петерсону. Мне его задирать не хотелось, поскольку он выглядел обеспокоенным. Может, он был и хорош в больнице, но этот визит его вымотал, сделал слабее Чака.

Шадвелл и Роу все еще следовали за нами, как хорошие телохранители. Пока Шадвелл шел к нам от лифта с серьезным видом, я начала подозревать, что они не только охраняют нас от прессы, но и еще следят, чтобы мы не сделали чего‑то, порочащего имя Саммерлендов. Этот его выход подтвердил мои догадки. Теперь у меня не получится оставить Чака в покое, я должна была знать все.

– У вас примерно полчаса, может быть час, чтобы… развлечься. – Последнее слово он сказал таким тоном, будто это было плохое слово.

– А потом вы нас выгоните? – спросила я.

Он покачал головой.

– Я только предполагаю, что так мистеру Шуйлеру будет удобнее разобраться с вашим отъездом, но у меня нет никаких конкретных инструкций по поводу этой вечеринки и того, когда вы ее покинете. – Снова он говорил тоном, будто ему все это очень не нравится.

Заговорил Джейсон:

– Мне жаль, что наше присутствие на этой вечеринке стало для вас проблемой.

Петерсон выглядел удивленным, но быстро взял себя в руки.

– Думаю, что вы говорите искренне. Вы очень похожи на Кита внешне, но не внутренне.

Шадвелл и Роу напряглись возле меня, будто они не привыкли к Петерсену, говорящему правду.

Джейсон улыбнулся ему своей лучезарной улыбкой.

– Это один из лучших комплиментов, которые мне когда‑либо делали.

Может и не от его слов, но Петерсон улыбнулся в ответ, думаю, этого и хотел Джейсон. Джейсону нравилось, когда он мог сделать счастливыми всех кругом.

Дверь открылась за нашими спинами, и толпа белокурых девиц, очень напоминающих сестер Джейсона, какими они на самом деле должны были бы быть, счастливо завизжала:

– Джейсон, Джейсон!

Они уволокли его в номер, и он ушел с ними, смеясь.

Меня оставили в коридоре вместе с телохранителями. Петерсон посмотрел на меня. Этот взгляд будто спрашивал: «что же вы тут делаете». Он переживал, что я начну ревновать? Это то, почему он не так не хотел нас здесь видеть?

Роу задыхался от смеха, пытаясь маскировать его кашлем.

Шадвелл сделал ему замечание строгим тоном:

– Тебе стоит что‑то сделать с этим кашлем.

Я улыбнулась им всем.

– Хорошо, парни. Я не буду ревновать из‑за того, что Джейсон флиртует с ними, а они ему отвечают. Меня это не волнует.

– Ни одна женщина не может быть равнодушной к такому, – заметил Шадвелл.

Я улыбнулась и покачала головой.

– Джейсон флиртует, как дышит. Оба этих процесса остановятся только с его смертью.

– Либо вы не его девушка, либо вас это должно волновать, – ответил Шадвелл.

Я посмотрела внимательно ему в глаза и сказала:

– Он будет с ними флиртовать, а потом придет трахаться со мной.

Его тусклые глаза дрогнули, и лицо помрачнело.

– Вы пытаетесь меня шокировать?

– Нет, Шадвелл, я пытаюсь заставить вас понять, что если сегодня и будут проблемы, они будут не со мной.

Петерсон вмешался:

– Довольно. Я не знаю, что между вами двоими происходит, но мне этого сегодня не надо.