— Да?

Что могло понадобиться ее бывшему в три часа утра?

— Нин, я люблю тебя!

Она растерялась.

— Ты трезвый?

Игорь зло рассмеялся.

— Нет конечно. Я просто не смог бы сказать, что люблю на ясную голову, ты же теперь замужем за этим.

Она искренне не знала что на такое ответить, удивленно рассматривала картину напротив. Наверное, ей должно было сейчас быть приятно, ведь годами же добивалась, чтобы в эту простую фразу Игорь вкладывал реальные эмоции. И вот сейчас, когда она счастлива и думать забыла о такой ерунде, он вдруг исполняет заветное желание ушедших лет.

— Я опоздал, — констатировал мужчина.

Еще бы!

— Да, — неэмоционально произнесла Нина вслух.

— Мне плохо без тебя, ты как наркотик. Я не могу избавиться от мыслей о тебе, не могу заставить себя убрать наши фотографии в доме. Теперь тут пусто…

— Иго…

— Да, знаю я! Поздно. Не хочешь ты слушать. Положишь трубку, и он получит все, что я убил сам. Я не о том. Нин, если что-то случится или вдруг понадобится, пожалуйста, звони, ладно?

Она удивленно пожала плечами.

— Ладно.

— Хорошо. Если необходимо, он не узнает, что я вообще что-то делал, обещаю.

Нина пораженно уставилась на трубку, в которой зазвучали короткие гудки. Игорь говорил искренне, не притворялся, не пытался действовать хитростью. Вот уж и вправду из ряда вон.

— Чего надо?

— Сказал, что любит, — честно ответила женщина. — И просил обращаться за помощью.

Она не просто почувствовала интуитивно, практически физически ощутила злость Сергея. Легла, прижалась к нему всем телом, в ответ же получила весьма прохладное объятие.

— Что еще надо было?

— Ничего больше.

— Да? А говорил долго. В любви признавался подробно?

— Да! — Нина разозлилась. Она-то тут при чем?

— Прости, — теперь объятия вышли настоящими, ласковыми. — Хорошая моя.

— Сказал, что знает, что поздно, что не хочу слушать, положу трубку, и ты получишь все то, что он убил сам.

Сергей скрипнул зубами, сдержался. Урод. Эгоистом был, эгоистом и остался. Позвонил, чтоб сказать, что любит бескорыстно? Ничерта подобного. Ведь знает, что теперь она будет думать о нем, даже если и оправдывает сам себя личным несчастьем.

***

Санька припарковался, заглушил двигатель, выскочил из машины. Безбожно опаздывать вошло в постоянную привычку, утром поспать еще десять минут, потом еще пять, еще три, в итоге он как ошпаренный несся к офисному центру.

— Саш!

Резко затормозил, практически столкнувшись с отцом нос к носу, отскочил.

Игорь растерялся. Вроде ждет давно и речь заранее продумал, а что говорить сейчас непонятно. Его же собственные зеленые глаза сердито сузились, глядя на него в упор. Черт! Словно отражение, только двадцать лет назад он не был таким… Таким взрослым что ли.

— Что? — холодно процедил сын.

— Саш, я извиниться хотел.

Взгляд парня не изменился, разве только проскользнула насмешка.

— Я перед Ниной уже извинился.

Санька никак не отреагировал.

— Я не прошу меня прощать, просто хотел сказать и все. И, Саш, пожалуйста, можно я внука увижу?

— Всего хорошего, — сын обогнул его и направился ко входу.

— Пожалуйста, хотя бы на минуту!

— Нет!

Появилось желание разнести что-нибудь к чертям собачьим.