Изменить размер шрифта - +

– Понятия не имею.

О'Тул кивнула, видимо, ожидая именно такого ответа.

– В детстве вы не ходили в такие парки?

Курц натянуто улыбнулся. В его детстве не было места таким вещам, как парки с аттракционами.

О'Тул покраснела.

– Я имею в виду, в те годы люди, живущие на западе штата Нью-Йорк, ходили в парки? Насколько я знаю, «Сикс Флэгс» в Дэрьен-Лейк тогда еще не было.

– Почему вы решили, что это фотографии давно заброшенного парка? – спросил Курц. – Дурное дело нехитрое. Его могли закрыть год назад, и вандалы быстро довели до такого состояния.

О'Тул кивнула.

– Да, но ржавчина и... Все это просто выглядит старым. Семидесятых годов, если не шестидесятых.

Курц пожал плечами, пододвигая фотографии обратно к ней.

– Тогда люди ездили в Кристал-Бич, на канадском берегу.

О'Тул снова кивнула.

– Но там все находится на берегу озера. Ни холмов, ни леса, не так ли?

– Правильно, – ответил Курц. – И там парк не заброшен. Когда придет время закрыть его, аттракционы мигом снесут, а землю продадут по частям за хорошие деньги.

О'Тул снова сняла очки и встала.

– Благодарю вас, мистер Курц. Вы мне помогли, – сказала она, как обычно, протягивая руку. Когда она сделала это в первый раз, этот жест поразил его, но теперь он привык. Они пожали друг другу руки, как всегда после очередной беседы. У нее твердая рука, подумал Курц. Затем О'Тул подписала его квитанцию на стоянку. Вторая часть завершающего ритуала.

Когда Курц уже открывал дверь, она вновь обратилась к нему:

– Я, наверное, действительно позвоню миссис Ди Марко по поводу другого нашего дела.

По-видимому, под другим делом подразумевалась женитьба, решил Курц.

– Да, конечно. Телефон офиса и Интернет-адрес у вас есть.

 

* * *

 

Позднее Курц думал, что, не зайди он в туалет на втором этаже, все могло бы сложиться по-другому. Черт побери! Ему понадобилось зайти в туалет, и он сделал это. Для того чтобы понять, что все имеет свои последствия, необязательно читать Марка Аврелия. Но если все время об этом думать, свихнешься.

Он спустился по лестнице, вышел в коридор, ведущий в подземный гараж, и увидел Пег О'Тул. Она вышла из лифта и открывала тяжелую дверь, за которой находилась стоянка. На ней было зеленое платье и туфли на высоком каблуке, в руках – сумочка. Заметив Курца, она остановилась. Курц сделал то же самое. Вряд ли офицеру по надзору очень хотелось выходить в подземный гараж рука об руку с одним из своих клиентов. Съязвить и подумать о чем-то другом Курцу не пришло в голову. Но данный исход был неизбежен, если только он не пойдет обратно по лестнице или не сядет в лифт. Проклятие.

О'Тул нарушила паузу, улыбнувшись и открыв дверь, пропуская Курца вперед.

Курц кивнул и прошел мимо нее в холодный полутемный гараж. Если ей хочется, пусть пропустит меня на десяток шагов вперед. Он не оборачивался. Меня посадили, черт побери, за убийство, а не за изнасилование.

Но О'Тул не стала долго ждать. Курц услышал цоканье ее каблуков в паре шагов позади. Она собиралась обогнать его справа.

– Стойте! – заорал он, подняв правую руку.

О'Тул замерла от изумления и подняла к груди сумочку, где, как он знал, она обычно носила свой «зиг про».

Это треклятое освещение вырубилось. Полчаса назад, когда он выходил отсюда, горели все люминесцентные лампы, висевшие на потолке с интервалом в двадцать пять футов, сейчас – только половина. Черными провалами зияли неосвещенные участки гаража.

– Назад! – крикнул Курц, показывая на дверь, из которой они вышли.

Пег О'Тул посмотрела на него, как на чокнутого, не выказав никаких признаков страха, и сунула руку в сумочку, извлекая оттуда свой пистолет.

Быстрый переход
Мы в Instagram