Что же из себя представляет этот зверёк, который сумел наделать столько бед в Западной Европе, а нам приносит большую выгоду, хотя тоже не без хлопот.

Среди своих близких родственников — полёвок — он, можно сказать, гигант: весом до двух килограммов. Не только шкурку, нежное мясо его в США очень ценят. Видом на бобра смахивает, но хвост длинный, тонкий, крысиный. Зато рот закрывает, как бобёр: резцы торчат снаружи, и грызть может под водой, не открывая рта — не захлебнёшься. Голова круглая, не крысиная, тело округлое, на низких ножках. На задних — перепонки, гребёт ими в воде, как вёслами, а передние к груди прижаты. Плывёт не очень проворно, зато под водой двенадцать минут пробыть может.

Шкурка красивая, сверху коричневая, изредка чёрная, брюшко сероватое. Волосы подпуши не только густые, на концах ещё извитые, такой мех в воде не промокает, весь серебрится пузырьками воздуха. А вылезет ондатра на берег, отряхнётся и опять суха. На всякий случай ещё расчешет волосы и смажет жиром, как бобр. Зимой засыпать ондатрам ни к чему. Хатка на кочке, уменьшенная (и ухудшенная) копия бобровой, или норка в обрывистом берегу зимой пригревает не только семью хозяев, но и охотно чужих принимает — вместе теплее. И выходить на лёд незачем. Кормовые растения тут же подо льдом, запасов делать не надо. Покушал — и опять в хатку.

Сурки

Спит, как сурок. Поговорка эта сохранилась, а самого зверька теперь редко кто видел. В Красную книгу он занесён. Но это одно мало помогло бы. В Татарии помогли делом. Организованы заказники по сурку и установлен строгий контроль — защита от бродячих собак и браконьеров. Первый заказник — Шугуровский в Лениногорском районе. Сурков в нём несколько тысяч, и живут они там издавна. Недаром две близкие деревни называются Старое и Новое Суркино. Сурки — зверьки невзыскательные, плодятся быстро, еды хватает: на непаханой целине живут, сами щедро её удобряют и тут же семена от съеденных растений подсеивают. Спелые семена не перевариваются в желудке, тут же около норок попадают на землю и потом прорастают. Поэтому кучи земли вокруг нор выделяются зеленью.

Госохотинспекция начала отлов и расселение зверьков из Шугуровского и Азнакаевского заказников в другие районы. В 1981 году отловили 168 сурков и расселили в Янтыковском и Бавлинском заказниках, а также в Верхнеуслонском районе. В 1982 году 200 сурков было перевезено в Бугульминский, Высокогорский и Бавлинский районы, в специальные заказники. Копать сурки и сами мастера. Как прижились они на новых местах — увидим.

Сурку, родственнику белки, по виду далеко до беличьего изящества. Весит он до десяти килограммов, тело длинное, неуклюжее, на коротких ногах, голова небольшая, сплющенная, цвет шкурки песочно-жёлтый, на спине темнее. Шкурка не нарядная, но тёплая, прочная. Скорняки так научились её обрабатывать, что получается настоящий «котик». Хорошо и жирное мясо сурка. А средств защиты у зверька, кроме большой осторожности, никаких. Поэтому в заказниках так бдительно охраняют его егеря и общественные охотинспектора.

Просыпаться весной сурки не торопятся. Восемь-девять месяцев в году проводят в сладком сне. Вот уже и молодая травка кое-где на пригорках поднимается, а заспанные мордочки только выглядывают из норок между сурчинами (кучи земли, вынесенные наверх, когда копалась нора). Любят сурки спать. Температура тела при этом сильно падает, дыхание едва заметно, буди не добудишься в конце глубокой норы. Зимой в неё пробирается только главный враг: степной хорь, узкий, длинный и ловкий.