|
Потому не успевают не только сазаны, а и все прочие промысловые рыбы дорасти до положенного им природой возраста. Какого? Точно неизвестно. Вот сколько прожила каждая рыба — это у неё записано на чешуе. Летом еды больше — рыба растёт быстрее, и по краю каждой чешуинки нарастает полоска широкая. А зимой — более узкая. И сколько их — столько рыбе лет. По относительной ширине нарастающих полосок можно также судить, в каком возрасте хорошо рыбе жилось и в каком плохо. Так, конечно, не только, сазан, а любая рыба о себе рассказывает. Как мы, глядя на срез спиленного дерева, можем по кольцам прироста каждого года прочитать, сколько ему лет и хорошо или плохо жилось дереву в каждом году.
А теперь про жизнь самого сазана. Как и все карповые, весной он не торопится к нересту. Дождётся, когда вода до 15, а то и до 20 градусов в разливах согреется. И утром она вдруг точно закипает: далеко слышен шум и плеск. Рыбы бьют хвостами, высоко выпрыгивают из воды, вытекающая икра прилипает к растениям. Через несколько дней выходящие из неё личинки приклеиваются к веточкам травы, согреваемым солнцем, и неподвижно висят на них, пока не истощится запас питательного желтка — единственная «забота» родителей. Дальше учитесь сами хватать посильную живую мелочь и растите, сколько кому удастся. Родители со спадом воды возвращаются в русло. Рыбаки примечают: иногда сазан вдруг начинает из воды выпрыгивать и сильно хвостом бить и не во время нереста. Это к плохой погоде. (Проверьте.) Сазан — крупная промысловая рыба. Давно уже из него вывели культурную породу карпа. Карп оказался и вкусом нежнее и менее привередлив, чем сазан. Если в воде кислорода меньше, стерпит это легче, чем дикий привереда. Ему и река не нужна: в прудах хорошо растёт и в весе прибавляется на любом корме, почти всеядная рыба. Карпа разводят во многих странах и у нас. Вывели много форм, но различие их — уже причуда селекционеров: есть карпы голые и с разным количеством чешуек, но всё это для разведения роли не играет: растут и вкусны они одинаково.
Карась
С виду напоминает своих родственников — сазана или карпа, но меньшего размера. Неприхотлив. Золотистый красавец охотно живёт в таких местах, где и сазану, и карпу не нравится. Любит он не чистую и быструю реку, а заболоченный пруд, да ещё чтобы на дне ила побольше. В нём он роется и ест всё, что попадётся: и растительные остатки, и всякую мелкую живность. Тут же в иле зарывается на зиму дремать. Промёрзнет пруд до дна вместе с карасями — не беда: весной оттает, и как ни в чём не бывало проснутся и заплещутся в нём караси. В жару высохнет пруд — и это карасям не страшно: придут дожди, размочат грязь, глядишь, и в ней караси живёхоньки. Бывает и так. Копают лопатой ил, когда воду из пруда спускают и дно чистят, и в комках сухого ила находят карасей. И стоит им в воде полежать — опять уже плещутся в воде: живы мы! Для нереста карась тоже тепло любит: когда вода до 15–20 градусов нагреется. Тогда он свою любимую тину и грязь покидает, плещется-играет на поверхности. Самка до 300 тысяч икринок вымётывает, но не сразу, порциями, и оставляет икру плавать кучками на поверхности воды. Простая как будто рыбка, грязнушка. Но в природе простое так часто оборачивается удивительным. Карасей у нас два: обыкновенный — золотой и другой — серебряный, с серебристыми боками и чёрным брюшком. У серебряных карасей нет самцов или их очень мало. А как же с размножением? У самок во время нереста икру поливают молоками самцы других рыб, близких родственников (например, линь, карп, золотой карась). Но из неё выходят не гибриды (помесь признаков двух пород), а чистые серебристые самки. Из этого же серебристого карася тысячу лет тому назад китайцы и японцы вывели совершенно сказочные породы золотых рыбок, которыми мы и сейчас любуемся в аквариумах. Только в 17 веке золотые рыбки прибыли в Европу с караванами купцов с Востока. |
