Я кивнул:

— Что же, хотя бы честно. Ты сам-то жить хочешь?

Он, чуть помедлив, кивнул:

— Да. После смерти Джейн, конечно, было тяжело. Но со временем… Ты её знаешь. Она бы хотела, чтобы я нашёл в себе силы жить дальше. Несмотря ни на что.

Я оставил парня, попросив спрятаться и ждать. Единственная нормальная идея, которая приходила мне в голову — попросить помощи у Минато. Если он говорит о равенстве, то для него должны быть равны все. И отступники в том числе. И я буду даже рад, если Минато увидит в Химуро потенциального рекрута, которого можно и нужно завербовать. Химуро нужна новая цель в жизни. Но я всё же предупрежу революционера, чтобы был с парнем осторожнее, потому что отступник остаётся отступником, и прорыв доказывает, что связь с Мёртвым Богом не оборвана. Больше пока никому не стоит знать о Химуро.

* * *

Была уже ночь, когда Брюс пришёл домой к своему господину. Бронс работал много, но всё же не мог позволить себе работать ночами напролёт. Поэтому Дэрн застал Розалье в столовой за поздним ужином.

— Командир, — вместо приветствия бросил Брюс.

Они знали друг друга настолько давно, столько пережили вместе, столько вместе работали, что формальности всегда оставались позади, там, на публике. Наедине начальник и подчинённый чувствовали себя свободно.

— Проходи, — вяло ковыряя какой-то салат, пригласил Розалье. — Я уже думал, что сегодня не придёшь. Поделиться?

Дэрн мельком глянул на салат и с улыбкой отказался:

— Я пока буду пользоваться тем, что мне можно вкусную пищу.

— Предатель, — вяло проворчал Бронс.

— Но я обязательно за тебя выпью, старик, — парировал Брюс.

— Смейся, смейся, — недобро прищурился командир юстициариев.

Но угроза была шуточная, они оба это знали.

— Есть чем похвастаться? — спросил Бронс. — Хорошие новости мне сейчас не повредят.

Брюс вздохнул.

— Хорошие? Ну, наш пострел не стал закатывать истерик, топать ножкой и обижаться. Поворчал немного, но для его возраста это можно назвать выдающимся хладнокровием.

— Значит, отступника не нашли, — констатировал Бронс.

— Исчез. Проверили все ворота, ни в одних его не запомнили. Даже не могу ручаться, что он покинул Верхний Город. Семья его, естественно, не видела.

Бронс постучал пальцами по столу. По сути, судьба отступника его волновала мало. Ровно настолько, насколько его жизнь обеспечивала лояльность Като.

— Итак. Като отреагировал спокойно и готов продолжать сотрудничество?

Парень был удобен. Парень был полезен. Парень отличался впечатляющей изворотливостью и адаптивностью. Он был не таким, как большинство его сверстников. Мальчишка из трущоб, нищий, но умный и ловкий. Он не стал бандитом. И что куда важнее, он не думал, как нищий. Это было очень важно. В тот момент, за стеной, когда Бронс решил оставить парнишке жизнь, именно этот момент перетянул чашу весов. Можно достать человека из нищеты, но нельзя достать нищету из человека. Для большинства людей это правило работало было непреодолимым.

Но Като, едва сменилась обстановка, начал быстро адаптироваться к своему новому статусу. Не так много времени прошло, а он уже закадычный друг одного из детей правящей семьи. И его уважают. За победу на суде и на дуэли. И среди Минакуро вряд ли найдётся хоть кто-то, кто вообще усомнится в том, что Като — аристократ и настоящий член рода.

Всё то, что Розалье знал о парне, вызывало у мужчины чувство сродни симпатии.

— Он отлично понимает, что Химуро — отступник.