Чуть подумав, я ответил:

— Теперь у меня есть выбор. За него точно спасибо. А уж получится у меня им воспользоваться или нет — зависит только от меня.

Я покинул тренировочный полигон, однако пока не определился, куда мне податься. Куда идти.

Вообще, могу ли я покинуть город? В теории — могу. Правда, в этой теории есть одна неизвестная переменная — синий. Я могу только надеяться, что его реальные возможности меньше. Надеяться, что мне хватит сил если не победить, то бежать. Надеяться, что его власть ограничивается стенами Эстера.

Все остальные проблемы, связанные с побегом, теряются на фоне самого побега. Уж что-что, а найти в мире место, где я смогу относительно спокойно жить, будет куда проще, чем убраться из этого гадюшника. Да, всегда можно сказать, что люди везде одинаковы, и там меня будут ждать такие же проблемы. Но нет. Где-то там, далеко отсюда, я буду никем. Человеком без прошлого, без рода, без груза связей. Никто не сделает меня жертвой. Никто не заставит меня пойти и умереть ради не пойми чего.

Оставаться? Ради чего? Ради кого? Друзей? Либо я уйду, либо останусь и скоро умру. Что меня здесь держит?

Олимпия. Только она.

И я пошёл именно к ней. К единственной, кто был для меня так важен. Единственной, кого я хотел позвать с собой. Не просто позвать, я хотел её убедить. Странная штука — любовь. Я в самом деле готов сломать жизнь той, которую люблю, чтобы она всё бросила и ушла со мной в неизвестность. И почему-то уверен, что она согласится.

Домой заходить не стал. Нет у меня ничего такого, что хотелось бы взять с собой. Если Олимпия согласиться — пойдём сразу. Ей-то какие-то вещи взять наверняка надо, всё же девушка, хоть и оборотень. А вообще, налегке уходить проще. Мы — одарённые. Не пропадём, мягко говоря.

Ворота не были закрыты. Я прошёл к дверям и постучал, соображая, как вести разговор. Ничего фантастического сейчас не требовалось, если я достаточно знаю Олимпию. Единственное, что могло стать проблемой — какие-то обстоятельства, удерживающие её здесь. Но не узнаю, пока не попробую. В ней я сомневался меньше всего, куда больше меня сейчас занимали мысли о самом побеге. О том, как это провернуть.

Дверь открылась. На пороге стояла женщина, мне незнакомая. В ней угадывались некоторые черты Олимпии, но я не решился бы предположить, является она тётей, матерью или бабушкой. На теле нечто алое, среднее между плащом и халатом. И я заставил себя не раздумывать о том, есть ли под этой одеждой ещё хоть что-нибудь.

— Доброго вам дня, сира. Я могу увидеть Олимпию?

Взгляд её стал пристальнее. Пауза длилась секунд десять, прежде чем женщина кивнула:

— Да, можешь. Проходи. Я давно хотела познакомиться с тобой поближе.

Я мысленно закатил глаза. Грохиры. Среди них вообще есть нормальные?

— Чем же вызван такой интерес, если не секрет? — поддерживаю беседу, но больше надеясь побыстрее увидеть Оли и остаться с ней наедине.

— Юноша, которым пахнет от моей дочки, не может быть мне неинтересен, — в лоб ответила волчица, тут же добавив. — Я сказала это вслух? Простите, не хотела.

Вот же тёща. Нюх, как у добротной ищейки, да ещё и чтение эмоций. Но хотя бы с чувством юмора. В другой ситуации я бы забеспокоился о том, насколько секрет наших с Оли взаимоотношений уже не является секретом, но сейчас это не имело значения.

— Тогда я зайду позже ещё раз, чтобы полностью удовлетворить ваше любопытство.

Женщина улыбнулась, показав рукой на коридор.

— Я запомнила твоё обещание. Она у себя, дорогу найдёшь.

В особняке сориентировался без особых проблем.