Я посмотрел на Илона с интересом.

— Грезишь автоматическим оружием.

Он самодовольно ухмыльнулся.

— Не только грежу! Я его собрал!

Оп-па! Неожиданно.

— Покажешь?

— За тем и идём, — он поманил за собой.

Однако чудо-оружие стояло не в цеху, а на небольшом полигоне, рядом с ним. Причём их здесь было сразу четыре штуки, установленные на стрелковые позиции. Между ними были незначительные отличия, всё же оружие явно было сырым и требовало доработки. Некоторые общие черты уже были хорошо видны.

Эта штука больше всего напоминала раздутый станковой пулемёт. Вероятно, им и являлась в каком-то смысле. Длинный, толстый ствол, причём не круглый, а треугольного сечения, с рёбрами. Такой ствол был на трёх из четырёх образцов. На последнем, самом изношенном, ствол был именно круглым, хотя и также с рёбрами. Видимо, проблема с перегревом… Что даже удивительно, и означает, что орудие действительно автоматическое. Казённик… странный. Рукоятка вращения сбоку. Два стальных ящика сверху. Куча каких-то торчащих деталей.

— Пойдём к крайнему, он не заряжен, — указал Илон на единственное оружие с круглым стволом. — Неудачная модель, скоро её уберут, когда соберём последний прототип. Смотри…

Он указал на ящики сверху.

— В этот насыпаются патроны, а во второй — порох…

А дальше я несколько офигел. Автоматическое оружие с патронами раздельного заряжания? Но да, это было именно оно! В казённике бегало сразу два затвора, верхний и нижний. Сначала открывался верхний, пуля падала на своё место, а порох засыпался в переходную камеру. Верхний затвор закрывался, а нижний толкал отмеренный порох в предназначенную ему ложу за пулей и прессовал. Затем срабатывал зажигательный механизм.

У меня нет слов. Кроме матерных. Это не должно работать! Это не может работать! Там же трение металла! Если подать масло — будет портиться порох. А без масла трение заклинит механизм за пять — десять выстрелов! А если не трение, то нагар из пороховых газов!

— Как ты преодолел трение?

Ответ всё расставил на свои места.

— Магическая обработка поверхностей. Сводит трение к минимуму, — он улыбнулся. — Я бился над этой проблемой пять лет. И даже сейчас результат не идеален. Но как минимум мы избавились от заклинивания.

Киваю на ствол:

— От нагара тоже защитное покрытие сделали?

— Да. На этом ещё нет, здесь требовался самый качественный порох, чтобы сгорал полностью. Но даже так приходилось часто чистить ствол. Мы даже сделали его быстросъёмным, чтобы можно было поменять и чистить, пока работает запасной. А потом сделали новые стволы. Они спаиваются из трёх частей в длину.

Нда. Срочно углубляться в артефакторику, там же всё это должно быть! Ну ведь должно же!

— Продемонстрируешь?

— Конечно! — с радостью согласился Илон. — Давай вон на том…

А потом мы стреляли. Огромная дура, по сути, двадцатого калибра, с полутораметровым стволом или даже длиннее. Автопушка, чтоб её. Но скорострельность не особо впечатлила, выстрелов пятьдесят — семьдесят в минуту, не больше. Прицеливаться неудобно, несмотря на длину ствола о прицельной стрельбе можно не говорить — пули-то круглые, а ствол гладкий. Но летит явно с приличной скоростью. В принципе, как станковый пулемёт, вполне себе может представлять угрозу. Полагаю, проблема с нарезным стволом кроется в обработке металла.

— Почему не сделали нарезной ствол?

Илон отрицательно покачал головой:

— Не получается. Либо покрытие с защитой от нагара, либо нарезы. К тому же нарезы не давали большого увеличения точности.