|
— Я слышала о нем!..
— Освободил кучу людей!..
— С Алым дрался!..
— Награда в сорок тысяч!..
Я стоял и молча ждал, когда они наговорятся. Надо было дать им самим сделать выводы и придти к какому-то коллегиальному соглашению, пусть даже не высказанному в конкретной форме. Они должны были сами понять, что я им помог делом, в отличие от императора, который о них даже не вспоминает. Они должны были сами увидеть, что я — здесь, рядом с ними, в отличие от императора, который вообще тут ни разу не был.
И пусть даже об императоре вряд ли хоть кто-то из них сейчас вспомнит, зато они запомнят меня. И когда придет пора активно действовать — они за меня пойдут горой.
Это предложил демон. И он предложил дельную вещь. В одиночку идти против императора целой страны — глупость, даже при моих входных данных. Для того, чтобы идти против армии, нужна своя армия. Пусть небольшая, но это можно с лихвой возместить стремлением к победе и ненавистью, которую, по сути, даже культивировать не нужно — ее нужно просто… просто… Как бы это сказать…
Вскрыть. Как нарыв.
Лучше и не скажешь.
Люди все продолжали гудеть, и гул их становился все громче и активнее, но внезапно толпа заволновалась и вперед выступил тот самый старец, которого я заприметил поначалу. Он оказался одет в глухой темно-серый плащ, скрывающий все под собой, будто футляр. Его полы стелились по земле и казалось, что старец даже не идет — плывет над землей.
— Уважаемый Белый гвардеец. — старец склонил голову хоть и почтительно, но всего на секунду. — Меня зовут Маркус, и я здешний правитель. Мы рады приветствовать тебя на аванпосте Ядовитых Болот и благодарим за то, что ты сделал. Мы надеемся, что ты не желаешь нашим жителям никакого зла и в ответ я готов за всех своих людей сказать, что они не желают зла тебе. Новости до нас доходят, в этом ты прав, но они коротки и обрывочны и о тебе мы знали лишь то, что ты существуешь, и ничего кроме. А раз уж ты почтил нас своим присутствием, я прошу тебя пообедать завтра со мной и моей семьей и рассказать свою историю. Кроме того, я думаю, нам много чего стоит обсудить.
— Я принимаю приглашение. — степенно кивнул я. — И благодарю за него. Нам и правда есть что обсудить, и, думаю, это будет интересно нам обоим.
— Но прежде я должен сделать одну вещь. Не сочти за дерзость, но я обязан спросить, чтобы услышали все эти люди — ты не желаешь зла нашему аванпосту? У тебя нет цели причинить нам вред? Ответь, они должны это услышать.
— Абсолютно нет. — улыбнулся я. — Я желаю вам только добра. Я всем желаю только добра. И лучшей жизни.
Жук. Двусмысленно звучит. Учишься.
Толпа облегченно выдохнула и снова загомонила, практически потеряв ко мне интерес. Только изредка кто-то нет-нет да и кидал на меня осторожный взгляд, и тут же снова прятал его. Видимо, так сильно люди доверяли своему правителю, что его поручительство за меня разрешило все их сомнения.
В толпе мелькнули белые волосы, и ко мне подбежала запыхавшаяся Тина. Ее косица была растрепана, но хотя бы на руках больше не было засохшей крови, и платье было новое — голубое, с длинным рукавом.
— Ты вернулся! — просияла она. — Наконец-то! Не ранен?
— Нет, цел и невредим. — улыбнулся я.
— Но помыться тебе надо. — она наморщила носик, оглядывая меня с ног до головы. — Пойдем скорее, а то ты как свинюшка.
Я засмеялся, позволил взять себя за руку и потащить в сторону дома целительницы.
Ни разу в этом мире не видел ванны. Все душ, да душ… Вот и у Тины была небольшая душевая кабина, которую можно было отгородить шторкой из плотной, водонепроницаемой ткани, и поплескаться в теплой, уж не знаю как нагретой, воде, льющейся из подвешенного сверху ведра. |