– А здесь есть кто-то кроме нас? – пробормотал выбитый из колеи Гор после нескольких минут удрученного молчания.

– Я могу считать это отказом от дуэли? – вопросом на вопрос ответил Т’мор. Гор открыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут же был перебит новым действующим лицом.

– Хм. Я не помешаю? – Спустившийся к подножию лестницы Лир ан-Торр замер, стараясь не совершить лишнего движения. Уж что-что, а витающее над побратимами напряжение бывший дипломат чувствовал великолепно и вовсе не желал оказаться той искрой, что послужит началом для пожара боя.

– Лир?! Что ты здесь делаешь? – удивленно протянул Гор, незаметно, как он посчитал, переводя дыхание. Продолжать разговор с Т’мором насчет дуэли риссу явно не хотелось. Арн отчетливо почувствовал облегчение в эмоциях Гора и, скривив губы в холодной усмешке, сбавил давление на щиты побратима. Раз Рауд не полез в драку сразу, как узнал о личности убийцы его возлюбленной, значит, он не сделает этого и впредь… разве что в приступе ярости. Но уж избавиться от этой опасности не составит для Т’мора никаких проблем. Достаточно будет просто больше не видеться с Гором. Тогда уж он точно не сможет спровоцировать рисса на агрессию. Арн тряхнул головой, и та пустота, что смотрела только что из его глаз, сменилась умиротворенным спокойствием. Оказывается, иногда, чтобы заставить уснуть призраков прошлого, достаточно избавиться от того, кто этих призраков разбудил.

– Живу я здесь, – коротко ответил ан-Торр на вопрос Гора, подходя к стоящему на небольшом удалении от рисса и арна дивану и удобно устраиваясь на нем. – Арролд предупреждал нас, что сегодня должны прибыть гости, но я и подумать не мог, что это будешь ты, Гор… Т’мор, я рад тебя видеть… Может, поднимешься к Нирре, пока я побеседую с твоим по… с Гором?

– С удовольствием, Лир. – Т’мор улыбнулся и, поднявшись с кресла, направился к лестнице.

Домесса Нирра обрадовалась Т’мору как родному. Хотя как еще она могла относиться к возлюбленному своей погибшей дочери, умудрившемуся вытащить ее маленькую семью из того бреда, в который погружался Дом и-Нилл? Да и невнятно лепечущие близнецы, чем-то неуловимо похожие на котят, приняли пришельца за своего, сразу и безоговорочно. Так что стоило Т’мору, поприветствовав Нирру, присесть за небольшой круглый столик, как синеглазые карапузы, деловито сопя, тут же принялись штурмовать его колени. Домесса попыталась было вмешаться, но Т’мор ее остановил.

Они проговорили добрых полтора часа, за которые Т’мор умудрился рассказать почти все о своих немногочисленных приключениях после ухода в человеческие земли. Но главную новость он приберег к концу повествования… Узнав, что Джорро жив и здоров, Нирра облегченно вздохнула и хотела было бежать к мужу, чтобы поделиться этой новостью, но Т’мор ее остановил.

– Но почему? – не поняла домесса.

– В Шаэре никто не знает о том, что Джорро ан-Рауд жив. Разве что князь князей… А я не хочу влезать в очередные интриги сильных мира сего. С меня хватит. Так что пусть все идет, как идет.

– Ты думаешь, Лир кому-то расскажет? – недоуменно поинтересовалась Нирра, одновременно отработанным жестом снимая со спины Т’мора карабкающегося по ней карапуза.

– Не Лир. Гор. – Покачал головой арн и, заметив непонимание в глазах домессы, пояснил: – Некоторое время назад хорги нашли на перевале избитого рисса из Дома и-Нилл. Как это ни удивительно, его не убили, а отправили в столицу под надзор целителей. Как выяснилось, этим риссом оказался Гор. Вот Арролд с Ллайдой и вытащили меня, поговорить с ним…

– Подожди, ты хочешь сказать, что сейчас в нашей гостиной сидит Гор ан-Рауд? – проговорила Нирра.