Loading...
Изменить размер шрифта - +

 

– Каждый роман из данного цикла озаглавлен топонимом «Крым», связано ли это с известными событиями на Украине?

В очередной раз отвечаю – нет. Во-первых, писатели-фантасты – не футурологи, прогнозировать будущее – не их прерогатива. Во-вторых, писатель не должен «паразитировать» на политических явлениях и процессах. У меня есть своя позиция по этому вопросу, но я никогда не буду ее открыто озвучивать. Тем более, мои книги в большей степени адресованы подросткам и молодежи. Я не имею права формировать у них какое-либо мнение относительно политической ситуации. Главная тема книги – это попытки человечества в депрессивной атмосфере не только выжить, но и сохранить, возродить цивилизацию.

 

– Почему в моих книгах такой мрачный взгляд на людей?

Я по образованию психолог и часто сталкиваюсь с людьми, у которых в жизни произошел этакий «локальный апокалипсис». Не уверен, что, случись в реальности война, мы сразу станем «белыми и пушистыми», гораздо вероятнее, что люди пойдут по головам, лишь бы выжить. Но я хочу верить в них… В моих книгах героев как раз и занимает выживание, но главный герой все-таки пытается «нести свет». Так стараюсь поступать и я сам.

 

– Насколько вообще на данный момент я оцениваю потенциал отечественной фантастики? Многие, например, считают, что жанр в нашей стране сейчас находится в упадке.

Пять лет назад я активно рассказывал и пропагандировал издание книг по методу Print-On-Demand, на что получал в ответ лишь насмешливые взгляды и вопросы относительно моего психического здоровья. Сейчас PoD-книги являются одним из прибыльных секторов американского и европейского книжных рынков. А в России книги по требованию завоевывают все большую популярность, не говоря уж о том, что некоторые из ругавших меня пять лет назад писателей сейчас сами издают свои книги именно этим методом.

Четыре года назад я призывал всех авторов выходить и наращивать свое присутствие в социальных сетях, ибо авторские сайты были уже неактуальны и в разы уступали по охвату аудитории тем же ЖЖ и «вКонтакте». Ибо издательства не будут заниматься продвижением авторов среднего дивизиона, и им следует самостоятельно воспользоваться подарком нашего времени – Глобальной Сетью, с помощью которой у них есть шанс рассказать о своем творчестве огромному количеству людей.

Как и в прошлый раз, к моим высказываниям отнеслись скептически. «Да что там в этих сетях? Там же школьники и гики, нашего читателя там нет! А вот на моем личном сайте…» Думаю, не стоит говорить о том, что редкий писатель сейчас не имеет своей страницы в социальных сетях, которую он использует для продвижения своих книг?

Три года назад я активно поддерживал принятие антипиратского закона, за что хлебнул свою порцию помоев от благородных борцов за свободу информации. Многие френды тогда считали, что вся эта затея бесполезна, что невозможно наказать воров и вернуть с них награбленное. Сейчас, когда уже не за горами принятие дополнения по книгам в антипиратском законе, многие авторы гордо расправили плечи и приготовились станцевать на костях сетевых мошенников.

Два года назад я стал рекламировать небольшие интернет-магазины, где авторы могли напрямую продавать свои тексты, обходя стороной драконовские сборы издательств и Литреса. Ну, вы уже поняли – меня крыли и высмеивали, а сейчас огромное количество авторов рапортует о тех прибылях, что им удалось получить от сотрудничества с данными магазинами.

Год назад я писал статьи о том, что появятся порталы, с помощью которых молодые писатели начнут публиковаться в крупных издательствах (осуществилось); ведущие писатели-фантасты массово начнут запуск межавторских серий (сбылось); в России останется всего одно крупное издательство, выпускающее фантастику, которое переманит к себе большинство авторов первого и второго эшелонов, а издательства-конкуренты заметно утратят свои позиции или вовсе откажутся от выпуска фантастики (процесс идет); многие писатели-фантасты, не сумев вынести столь тяжелых нагрузок, ушли из профессии (сбывается, к сожалению); средние тиражи фантастических романов упали до трех тысяч экземпляров (опять же, к сожалению…).

Быстрый переход