Но и керамбит в его руке вдоволь напился казачьей крови.

Вахмистр зажимал глубокую колотую рану в правом подреберье – там, где печень. Кровь оттуда хлестала черная, значит, задета была поджелудочная железа или желчный пузырь. С такими ранениями, понимал Пошта, Огнев был не жилец.

– Серый Свет, – прохрипел культист, – прими меня…

Он застонал, выгнулся дугой – и умер. Вахмистр сплюнул кровавый сгусток, посмотрел на труп мутным взглядом и промолвил:

– Туда тебе, падла, и дорога…

Тут ноги у казака подкосились, и Огнев упал. Пошта и Олеся (девушка почти пришла в себя) бросились его поднимать, но вахмистр их остановил:

– Не надо… Я – не жилец. Достал меня, гад… Листоноша, выведи ее отсюда. Христом Богом тебя прошу. Верни ее отцу. Чтобы парни… не зря… погибли…

Речь вахмистра замедлилась, глаза закатились – и он испустил последний вздох.

Пошта закрыл ему веки. Парни – пластуны – героически гибли в неравной схватке с сектантами Серого Света. Казаки заняли оборону возле колодца, переведя схватку в разряд позиционной войны – а в ней всегда побеждали те, у кого больше людей и ресурсов.

Казаки были обречены.

– Надо им помочь! – воскликнула Олеся.

– Нет, – твердо возразил Пошта. – Им уже не поможешь. Надо выбираться отсюда. Я должен выполнить последнюю просьбу умирающего.

И он потащил Олесю к выходу, наружу, из пещеры Чуфут-Кале. От серого света – к свету живому.

Глава 5

Цирк-шапито

На выходе из пещеры Поште пришлось еще раз вступить в бой – караул сектантов, заслышав пальбу в центральном зале, все-таки удержался от того, чтобы броситься выяснять, в чем дело, и остался на своих постах. Похвальное поведение для часового, конечно, но Поште от этого было не легче – оружия у него не было, Олеся еле плелась, рыдая на ходу, а культисты были взвинчены и готовы к бою.

Пришлось прибегнуть к военной хитрости, которой так славился клан листонош и за которую покойный вахмистр Огнев и позвал с собой Пошту.

– Там! – завопил Пошта при виде часовых. – Он! Явился! Наконец-то!

– Кто?! – опешили те.

– Серый Свет! Настало время избавления!

Культисты растерялись, а Пошта подскочил к ближайшему, двинул ему в челюсть, вырвал из рук СКС и прицельным выстрелом убил второго. Третий успел нырнуть за камень и почти – почти! – застрелил Пошту из обреза, но его отвлекла своим визгом Олеся. Листоноша поймал последнего культиста на мушку, нажал на спуск – но древний карабин только сухо щелкнул.

Патронам было лет сто, не меньше, прикинул Пошта, прыжком сокращая расстояние и перехватывая карабин за ствол. Чем хорош СКС – его, как трехлинейку, можно использовать как дубину.

Удар, и череп культиста треснул, как перезрелый арбуз. Приклад уцелел, но Пошта без жалости отбросил бесполезное оружие. Не обращая внимания на причитания Олеси, он обшарил карманы убитых, обнаружил три гранаты – по одной на рыло, две Ф-1 и одну РГД. Из «лимонок» он соорудил растяжки на выходе из пещеры, а РГД с выдернутой чекой пристроил под последним трупом. Похоронную команду Серого Света будет ждать неприятный сюрприз.

Снаружи вовсю полыхало солнце, слепя глаза и обжигая кожу. Пошта напялил на Олесю трофейный респиратор – нечего ей дышать зараженным воздухом (хотя тут, в горах, уровень радиации, по идее, должен быть поменьше – но береженого бог бережет, а небереженого Серый Свет ждет) и потащил вниз по осыпающимся камням. Спускаться всегда тяжелее, чем подниматься, можно легко подвернуть лодыжку и сдохнуть в горах от такой вот пустяковой травмы.