— Это первым делом! — радостно отрапортовал Тибалт, завершив накладывание заклинаний. — Готово! Давай теперь ты, Эдер!

Долговязый поднёс меч к эльфу и сделал надрез у того на плече поверх немного затянувшейся во время лечения раны. Пленник опять застонал.

Фёдор снова физически почувствовал боль истязуемого и крикнул его мучителям:

— Мужики, вы что делаете?

Все трое мгновенно обернулись и подняли мечи. Однако, увидев одного лишь Фёдора, садисты успокоились, а Тибалт на удивление добродушно сказал:

— А тебе что, жалко, что ли?

— Ему же больно! Зачем так издеваться?

— Ох, блин, непись пожалел, — рассмеялся Лукен. — Откуда ты такой добрый?

Фёдор отметил, что все трое мучителей эльфа внешне не проявляли к боевому хомяку совершенно никакой агрессии. Его это удивило, и он спросил:

— Ну и что, что непись? Зачем так издеваться?

— Это самый простой способ прокачать «грозу эльфов», — совершенно спокойно ответил Тибалт. — Офигенный навык! Позволяет с ними на равных биться и наполовину гасит действие их магии.

— А ещё мечи, которыми мы его режем, получают от этого дополнительно плюс к урону при сражении с эльфами, — добавил Эдер.

— А чего вам эльфы плохого сделали, что вы так готовитесь с ними воевать? — искренне удивился Фёдор.

— Ты что, первый день в игре? — рассмеялся Тибалт. — У эльфов в их королевствах самые жировые данжи, но туда хрен пройдёшь, без некоторых навыков. Вот мы и прокачиваем их.

Садисты так спокойно объясняли свои действия, что стало понятно — они действительно относились к эльфу, как к игровому персонажу и потому не испытывали к нему никакой жалости. Какая-то логика в этом была, они кромсали и подлечивали набор нулей и единиц, готовясь к выполнению игровых заданий. Но этот набор символов поднял голову и посмотрел на Фёдора настолько несчастным взглядом, что у боевого хомяка перехватило дыхание.

— Мне очень больно. Помоги, пожалуйста… — прошептал эльф, глядя Фёдору прямо в глаза.

Лукен тут же ударил пленника плоской стороной своего клинка по голове и прикрикнул:

— Ну-ка рот закрой! Мы же тебе сказали, отпустим, как только прокачаемся!

— Мне больно…

— Так на то и рассчитано! — рассмеялся Тибалт. — Чтобы тебе больно было! Нам твоя боль как раз и нужна!

Пока садисты смеялись, Фёдор, прочитал характеристики эльфа и обратился к нему по имени:

— Джодок! Если тебя убить, это поможет?

— Да… — прошептал измученный эльф. — Это отправит меня в лоно.

— Мужик! Не дури! — прикрикнул на Фёдора Лукен, и все трое мучителей закрыли собой эльфа.

— Во-во! — поддержал друга Тибалт. — Оно тебе надо? Лучше активируй опцию и прокачай! Если не будешь мешать, мы его тебе оставим, как прокачаемся, нам не жалко.

В глубине души Фёдор понимал, что набор нулей и единиц по имени Джодок перенеся все издевательства и отправившись на рес, скорее всего ничего не вспомнит. Практически все неписи в игре были лишены возможности хранить воспоминания дольше, чем на один игровой цикл. Лишь некоторые из них были способны иметь настоящую память. В основном это были уникальные персонажи, созданные для определённых задач. Но даже если эльф был одним из таких, всё равно, после респауна все эти мучения стали бы для него чем-то далёким.

Всё это Фёдор понимал, но вот только воспоминания о том, как эльфы спасли его от разбойников, да глаза несчастного Джодока не давали просто взять и уйти.