Она рассмеялась.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, чем ты занимаешься, когда ты не со мной, не катаешься на скейтборде или не тренируешься бросать мяч с трехочковой линии. Так что же это?

Она пожала плечами.

— Практически ничем. У меня на самом деле нет хобби, если ты это имеешь в виду.

— Ага. — Я пошел за ней к следующему художнику — он рисовал мелом. — Но ведь есть что-то, что тебе нравиться делать… или то, в чем ты хороша. Что-нибудь?

— Вообще-то, нет. — Она бросила мелочь в шляпу парня.

— Не говори ерунды. Спорю, ты поёшь или играешь на гитаре, или занимаешься чем-то необычным.

Она рассмеялась.

— Нет, Блейк. Я действительно ничем не занимаюсь. — Она пошла в сторону палатки с мороженым, но остановилась в нескольких шагах от нее и повернулась ко мне. — Возможно, это потому, что меня удочерили, или что-то вроде этого. Как будто я не хотела заниматься чем-то постоянным, так как я сама не знала, буду ли постоянной. — Она нахмурила брови, а губы сжались в линию. На ее лице была явная грусть. — Возможно, я думала, что не задержусь там надолго, чтобы насладиться этим. — Покачала головой. — Это звучит так глупо.

— Детка, это не глупо. — Я обнял ее одной рукой, когда второй держал оба наших скейта. — Я понимаю это, то, через что тебе пришлось пройти. Может быть, настало время найти что-то и для себя.

Хлоя сделала шаг назад и посмотрела на меня.

— Что это значит?

— Что ж, наше обычное времяпрепровождение — это скейтборд или баскетбол. Может, найдем что-нибудь, что нравится тебе, и будем заниматься этим вместе. Мы можем учиться вместе. Тебе нравится музыка? Можем купить гитары. Тебе нравятся фокусы? Мы купим…

— Мне нравишься ты, — прервала она меня. Она хихикнула и забралась рукой под мою майку, распрямив ладошку на моем животе. — Могу я изучать тебя?

— Ты меняешь тему и избегаешь разговора.

Она надула губки и опустила руки.

— Почему это так важно?

— Потому что, — сказал я. — Это важно, потому что ты заслуживаешь иметь что-то для себя. Желать что-нибудь для себя. Даже если это и не навсегда.

— Хорошо, Блейк. — Она кивнула. — Я подумаю об этом. Я сделаю это ради тебя.

Я вздохнул.

— Детка, я хочу, чтобы ты сделала это ради себя. Не для меня или кого-либо еще.

— Ладно, — согласилась она. Потом ее взгляд направился в сторону палатки с мороженым. Я увидел, как она прищурила глаза, и в ее глазах появился огонь.

— Хлоя?

Она кивнула в сторону палатки.

— Та девчонка не сводит с тебя глаз.

— И?

— И это выводит меня из себя.

Я тихо рассмеялся.

— Не время для смеха, придурок.

Я засмеялся сильнее.

Она схватила меня за руку.

— О, боже мой, — она с трудом дышала.

Я посмотрел в ту сторону именно в тот момент, когда девчонка вписалась в стену.

— О, мой бог, — вновь произнесла она. Затем добавила сквозь смех: — Девчонка настолько загляделась на тебя, что не смотрела куда идет!

Я взял ее за руку, и мы направились к палатке с мороженым.

— Спорю, что ты привык к этому, да? К девчонкам, пялящимся на тебя. Боже, я чувствую себя такой ущербной прямо сейчас.

Я уронил ее руку и скейты.

— Хлоя. — Я встал возле нее, уверенный, что она смотрит на меня.