— Да уж…

— Ты устал?

Я покачал головой.

— Не очень. Я, наверное, пойду на пробежку.

Она тихо рассмеялась.

— На самом деле, меня это ничуть не удивляет.

На секунду между нами воцарилась тишина, а потом она заговорила:

— Итак, мы увидимся в среду, правильно?

— Или завтра в школе.

— Насчет этого… — сказала она. Ее глаза были сфокусированы на земле, пока она подбирала слова. А когда подняла взгляд, ее нижняя губа была зажата между зубами. — Я думаю… — она прервалась, сделала глубокий вдох и продолжила: — Думаю, тебе не стоит разговаривать со мной в школе.

— Что?

— Я просто не хочу, чтобы людям стало известно, что ты меня знаешь. Я знаю, это звучит странно, но это только создаст проблемы.

— Чего?

— Ничего плохого, — прервала она меня. — Просто ради меня. Это то, чего я хочу. Пожалуйста.

— Я не понимаю.

— Я и не ждала от тебя понимания. Мне просто нужно, чтобы ты это сделал, хорошо?

— Так что? Я увижу тебя в холле, и ты ожидаешь, что я проигнорирую тебя? Это будет нелегко, Хлоя. — Не знаю, почему я был так зол, но ситуация, когда я не заговорю с ней, когда она будет прямо там, была абсолютно бредовой.

— Ты делал это на протяжении четырех лет. Думаю, у тебя получится и в следующие три месяца.

Мои глаза сузились.

— Пожалуйста, Блейк.

Я хотел поспорить с ней, но не стал. Вместо этого я сделал шаг вперед и положил руку ей на бедро. Ее тело застыло, но она не оттолкнула меня.

— Что ты делаешь? — резко выдохнув, спросила она.

— Я не знаю, — ответил я честно. Я потратил целую ночь, делая все возможное, чтобы мысленно не воспроизводить тот поцелуй снова и снова. А игнорировать ее рабочую форму было вообще невозможно. Ее чертова майка была настолько обтягивающей, что я мог видеть все ее изгибы, каждую линию, каждую ее частичку.

Я потянулся вниз, мой нос прикоснулся к ее щеке, а мои губы направились к ее губам. Она продолжала тяжело дышать. Хлоя должна была тоже это почувствовать. Что бы это ни было между нами. Я ощутил ее руки на своем животе, когда она сжала мою майку. Я прижал ее к машине, пока мои губы путешествовали по ее шее.

— Блейк, — прошептала она.

Мой язык слегка коснулся ее кожи.

— Ммм?

Она запрокинула голову, приглашая меня продолжить.

Я начал целовать ее шею. Когда она мягко захныкала, я понял, что она хотела того же. Моя рука двинулась от бедра к ягодице, сжимая ее и приподнимая от земли, чтобы я смог оказаться между ее ног. Моя вторая рука оказалась на ее затылке. Пальцы зарылись в волосах, я потянул их немного назад, чтобы запрокинуть ее голову и увидеть ее губы. Ее глаза были наполовину закрыты, но даже в полной темноте я бы смог увидеть в них вожделение. Мои губы опустились на ее рот.

— Блейк, — сказала она снова. Громче и четче на этот раз.

Ее хватка на моем животе ослабла, и она оттолкнула меня.

— Что такое? — спросил я, смущенный из-за того, что все провалил.

Она выпрямилась, поправляя свой топ. Она потянула его вниз, что только улучшило вид на ее ложбинку. Затем то, что она сказала, было словно ведро холодной воды.

— Как дела у Ханны?

Она села в свою машину и, не сказав ни слова, уехала. Даже несмотря на то, что я повел себя по-свински, я волновался из-за того, что она села за руль, будучи сильно уставшей, поэтому решил проводить ее до дома.