— Это не смешно! — крикнула она, но я не мог успокоиться.

Когда мы вернулись в отель, я сменил одежду и пошел на пробежку. Я спросил, не хочет ли она пойти со мной. Она рассмеялась прямо мне в лицо и сказала, что лучше она ткнет себе ручкой в глаз, чем отправится на пробежку с божеством спорта.

Я бежал довольно быстро. Мне казалось, я бегал вечность, но, как только я вышел из отеля, мне сразу же захотелось вернуться к Хлое.

— Твоя мама звонила. Я думаю, тебе стоит… — Ее слова оборвались, как только она заметила меня. Пробежав полпути, я снял майку, потому что был уже весь мокрый. Она уже видела меня без верха, но, думаю, не так, как сейчас. Она покраснела и отвернулась, притворившись, что увлечена просмотром телевизора.

Я сел рядом с ней и принялся снимать обувь.

— Ты ответила?

Она прикусила губу и замотала головой.

— Сколько раз она звонила?

Она пожала плечами, отказываясь встречаться со мной глазами.

Я пробежался пальцем по ее голому бедру, стараясь привлечь ее внимание.

— Что делала, пока меня не было?

Она быстро поднялась.

— Ничего. Собиралась сходить за кофе. Хочешь?

Я рассмеялся на выдохе.

— Да, но мне нужно принять быстрый душ.

— Я бы могла… Сходить… Я вернусь… Иди в душ. — Затем она схватила ключи и вышла из номера.

Я не мог убрать чертову улыбку с моего лица.

Должно быть, она отсутствовала не так долго, потому что к тому моменту, как я закончил принимать душ, она уже вернулась. Надо сказать, я принял очень долгий душ. Приятный, долгий, холодный душ.

Я уселся на балконе и набрал мамин номер.

— Блейк? — ответила она. У нее был злой голос.

Хлоя вышла с двумя стаканами кофе. Она поставила их на столик и развернулась, чтобы уйти. Я обнял ее талию своей рукой и посадил к себе на колени. Она не сопротивлялась.

— Привет, мам.

— Ты не вернулся домой прошлой ночью, и твоя машина все еще стоит у боулинг-клуба, а Джош отказывается говорить, что происходит. Где тебя, к черту, носит?

Я нахмурился.

— Только не сердись.

— Никогда не начинай так разговор, особенно со своей матерью!

Я включил громкую связь и положил телефон на столик. Хлоя развернулась ко мне, прикусив губу. Она выглядела напуганной. Я тоже боялся.

— Я как бы… Уехал.

— Уехал! — завизжала она. — Что ты имеешь в виду, уехал?

— Я с Хлоей, — сказал я, как будто это был веский повод, чтобы уехать. — Она уезжала, и я поехал с ней. Я должен был. Прости.

— ХАНТЕР! — громко крикнула она.

Мы оба вздрогнули.

Но потом она начала смеяться. Сначала тихо, но затем смех стал громче, как будто она не могла его контролировать. Я начал волноваться. Может, она сошла с ума. Я бы не удивился — быть запертой в этом гостевом домике весь день, придумывая все эти истории — могло такое случиться с человеком, верно?

— Ма?

Она засмеялась еще сильнее.

Хлоя попыталась встать, но я прижал ее сильнее к себе.

Наконец, мама перестала смеяться и смогла сделать вдох.

— О, Блейк, — сказала она. — Я никогда не была так чертовски горда за всю мою жизнь.

— Что? — Хлоя и я сказала в один голос.

— Это Хлоя? Она там?

— Да, миссис Хантер. Я здесь.

— Хорошо, — сказала она. — Я хотела поговорить с вами обоими.

Глаза Хлои стали больше.