— Хорошо поработали, — я хлопнул его по плечу. — У тебя в стойке реально потенциал есть по голым кулакам. Только не останавливайся, двигайся, а то по башке прилетит.

Шама улыбнулся, вытирая пот со лба предплечьем.

— Понял, брат.

— Шамиль и Гена, работаем еще раунд без перерыва! Основные закончили! — объявил Игнат, видимо еще решив понаблюдать за спаррингом.

Я же присел на скамейку у стены. Снял перчатки и начал разматывать бинты. Заодно решил понаблюдать, как Шамиль отработает с новым партнером. Гена был толковым кикером и на руках работал по заветам кикбоксинга.

Шама неплохо попадал. В какой-то момент он резко выбросил правый прямой, точно попав Гене в бороду, и тут же отскочил, сделав забавный жест двумя пальцами и выкрикнув на весь зал.,

— Вию! Это тебе не Кисловодск, это Махачкала!

Несколько ребят в зале засмеялись, кто-то одобрительно крикнул в ответ. Я тоже усмехнулся, подметив этот момент. Парень явно был харизматичным, а в боях такая фишка всегда могла пригодиться.

Когда раунд закончился, Шама, тяжело дыша, направился к скамейке, схватив бутылку с водой.

— Фух, — выдохнул он.

— Слушай, а прикольная у тебя эта тема, ну, когда ты ударил и сказал про Махачкалу. Звучит интересно, ярко.

Шама, делая несколько жадных глотков, покосился на меня.

— Да это так, по приколу, — пояснил он, перестав пить. — Само вырвалось, брат.

— Вот и отлично! Пусть вырывается почаще, — хмыкнул я. — Это может стать твоей фишкой. Публика такое любит.

Шама задумался, слегка почесал подбородок.

— Ну раз говоришь, попробую еще разок.

— Вот завтра у нас конференция перед боем, — продолжил я. — Давай-ка со мной пойдешь, там и выдашь свое «Вию». Пусть привыкнут.

— Да ты меня сегодня настегал в спарринге, брат! Как я пойду-то теперь с тобой куда-то? — усмехнулся добродушный парень.

— Вот как раз и пойдёшь, пусть видят, что даже после тяжелого спарринга у тебя настрой боевой. Запомнят лучше.

— А меня туда пустят? — засомневался он.

— Мы не будем спрашивать.

Пару минут я помолчал, давая Шаме прийти в себя. Тренировка закончилась и народ по большей части делал заминку, да уходил в раздевалку.

— Че пойдем, Сань? — предложил Шамиль.

— У меня есть предложение получше. Давай задержимся?

— На фига? — спросил он.

— Хочу показать наглядно, чем кулачка отличается от остальной работы в стойке.

Шама долго не думал.

— Воще по кайфу! Перчатки одевать?

— Зачем нам перчатки на голых кулаках, — заверил я. — Без них обойдемся.

Я еще вчера думал, что мне будет не лишним поработать в зале поверх отведенной Игнатом нагрузки. И вчера получил от тренера добро поработать после основной тренировки.

Кулачка действительно отличалась от бокса или кикбоксинга, потому мне кровь носом требовалось внести корректировки в подготовку. Так что мое предложение к Щамилю носило в том числе меркантильный интерес. Для отработки мне нужна была пара. И Щама, который также планировал выступить на голых кулаках, был идеальным кандидатом.

— Ну смотри, кое-что нужно подкрутить, — начал пояснять я, когда мы встали друг напротив друга.

Шама внимательно посмотрел на меня, кивая и ожидая продолжения.

— В кулачке нельзя работать так, как ты привык в перчатках. Пинимать удары на себя не выйдет, — объяснил я.

— Почему?

— Давай покажу. Перекройся, как обычно.

Он тут же поднял кулаки, встав в стойку. Я быстро, но аккуратно обозначил несколько ударов между его руками. Мои кулаки легко проходили сквозь его защиту, едва касаясь кожи.