— У неё руки золотые, — хмыкнул Виталя. — С такой кормёжкой ни на какой диете сидеть не тяжело.

Марик тоже решил перекусить и взял грудку.

— Это ж она торт готовила? — припомнил он. — Я бы такую девчонку замуж взял!

— Так ладно, мужики, — ответил я, почему-то чуть раздражённо. — Расхваливать таланты Насти — это здорово, но нам сегодня нужно закончить зал.

После короткого перекуса как раз подбежала съёмочная команда Решаловых. Братья отвлеклись на организацию, а я с Мариком и Виталей не теряли времени, продолжая работать. Я первым закончил собирать тренажёры.

— Давайте помогу, — предложил я пацанам.

Уже в три пары рук мы смонтировали кронштейны на оставшиеся мешки. Вместе подвесили последние мешки.

Затем, когда с тренажёрами и мешками было покончено, занялись рингом. Справились часа за два — всё-таки близнецы сделали как минимум половину всей работы.

Наконец, всё было готово — ринг, тренажёры, мешки… зал теперь ничем не отличался от настоящего тренировочного комплекса.

Я отошёл к дверям и оглядел помещение, чувствуя удовлетворение от проделанной работы.

Это было тяжело, но мы сделали это.

— Ну что, мужики, всё готово, — сказал я, с улыбкой глядя на ребят.

— Хотите прикол?

Лёша достал телефон и показал фотографию зала в том виде, как он выглядел несколько недель назад. Самая настоящая заброшка…

— И когда открытие? — спросил близнец, убирая телефон.

— На днях, думаю, — ответил я, понимая, что всё готово. — Лицо заживёт, чтобы народ не распугивать, и можно открываться.

— Отлично, надо будет всё заснять! У нас будет много контента!

— Подписчикам очень заходит смотреть, как мы сделали из говна конфетку, — добавил Паша. — Ладно, мужики, у нас через час съёмки по рекламной коллабе, так что нам пора!

Я поблагодарил братьев за помощь. Паша и Лёша вместе со съёмочной площадкой быстро собрались и уехали.

— Увидимся!

Мы с Мариком и Виталей остались втроём, всё ещё любуясь результатами проделанной работы. Я вытащил из кармана последние деньги, которые отложил, чтобы рассчитаться с парнями.

— Вот, пацаны, за работу, — сказал я, протягивая деньги. — Спасибо за помощь, без вас бы не справился.

Марик и Виталя взяли деньги, но в их лицах я заметил что-то странное… Как будто грусть. Оба выглядели как-то потерянно, и я не мог понять, что с ними.

— Чего такие грустные? Всё же нормально.

Марик посмотрел на меня грустным взглядом и коротко пожал плечами.

— Жалко, что ли, Сань. Всё как-то быстро. Вроде только в этой суете, при деле, и вдруг бам — всё закончилось.

— Ага, как-то уже и к месту прикипели, и к тебе… — добавил Виталя.

Я задумался. Смерил пацанов взглядом. Если в начале работу они воспринимали как наказание, то потом начали гореть ей. Ну и по-настоящему вкладывали в зал душу. Делали так, как делали бы себе.

Думал я недолго.

— Слушайте, мужики, у меня тут идея. Зал сам по себе работать не будет, понадобятся сотрудники. Почему бы не привлечь вас на эту роль?

Оба сразу уставились на меня, и в их глазах появилось любопытство.

— Серьёзно?

— Ты хочешь, чтобы мы остались здесь? А чё делать?

— Хочу. Нужно будет поддерживать порядок, следить за тренажёрами и за всем остальным. Да и зал у меня будет для молодых пацанов с улицы… можно сказать, не из благополучных семей. Если им по жизни не помочь, им не на кого будет рассчитывать…

И я объяснил обоим, насколько важно для таких беспризорных ребят видеть перед глазами пример. Ориентир, опираясь на который они смогут двигаться по жизни и избежать грубых ошибок.