Хмыкаю.

— А что придумывать? Раз Арсений немного знаком с планом тлена, им и воспользуемся. Только не скормим, это слишком просто. Мы пропишем в теле этого нехорошего господина псевдоузел, с проколом на план тлена, чтобы собственная энергия смешивалась с потусторонней. Постепенная мутация, превращение в живой гниющий труп, неспособный окончательно умереть. Когда энергии станет достаточно, Арсений провалится на чужой план и будет наслаждаться компанией. Вечность. Либо пока кто-нибудь не вытащит его случайно в наш мир и не убьёт.

Олеся не аристократично присвистнула.

— Жёстко.

— Нет, — отрицательно качаю головой. — Энергия тлена не даст ему сойти с ума, Арсений будет страдать, но сохранит рассудок. Да и время там течёт иначе, быстрее. Мне больше нравятся ребята в пантеоне страха. Вечный мучительный кошмар, персональный ад, когда каждая секунда реального времени ощущается, как сотни часов. Кошмары не убивают тело, не выпивают душу. Нет, они...

Арсений проникся. И замычал, демонстрируя готовность к сотрудничеству. Похоже, увиденного в лечебнице ему было достаточно, чтобы поверить — я могу обеспечить ему такое будущее. Олеся приложила палец к аккуратно накрашенным губам, наклонившись к мелко трясущемуся мужчине.

— Тс-с-с. Я не люблю, когда тараторят, понимаешь?

Арсений часто закивал, перестав мычать. Девушка убрала повязку, закрывающую рот. Мужчина молчал, глядя то на меня (испуганно), то на Олесю (с надеждой).

— Ты зачем напал на моего агента? — задала первый вопрос девушка.

Нужно было зафиксировать его речь. Наблюдать, отмечая, когда он говорит правду. А на эту тему он, с большой вероятностью, ответит правду. Он напуган, в этом мы были уверены.

— Мне... намекнули... на нежелательность свидетелей. Любых. В моей работе лучше выполнять пожелания.

— Дурак, — констатировала Олеся. — Всегда есть возможность нарваться, как сейчас. А ещё очень скоро не останется никого, кто будет с тобой работать.

Арсений кивнул.

— Да. Я тоже... Не приветствую такой метод. Много связей, и нарабатывал безупречную репутацию...

О, уже начал набивать себе цену.

— Понятно, — оборвала его Олеся. — На кого ты работаешь, не спрашиваю, сама знаю.

Девушка криво улыбнулась, я закатил глаза.

— Мы на одних и тех же людей работаем, не выпендривайся, — подыграл я.

— Не мешай, — одёрнула меня девушка. — А теперь вопрос, Арсений, от которого может зависеть твоя жизнь. Какой замок открывает ключ?

Мужчина сомневался ровно три секунды. Перспектива получить банальную пулю в лоб была не такой уж и ужасной, если альтернатива — близкое знакомство с тварями иных планов.

Это ключ от специального хранилища, что должны доставить в Москву где-то на неделе. В хранилище...

Он на миг замешкался. Мы, конечно, не успели ничего спросить, но и так было понятно, уже озвученного будет мало.

— Все материалы, что собрала последняя исследовательская экспедиция. Они работали в одном из старых тибетских монастырей.

Уже этого было достаточно, чтобы заставить меня напрячься. Во время войны был один момент. Я участвовал в одной операции, растянувшейся на несколько месяцев. Всё началось с зачистки одной из наших брошенных баз, где, вроде как, хранились некоторые секреты, которые мы уже использовать не успевали. Но немцы успели, забрали архив. Мы уничтожили базу, а затем долго гонялись за архивом и группой завладевших им офицеров. Ребята так впечатлились находкой, что решили не делиться даже с собственными товарищами. В конце концов, мы настигли группу и перебили всех, а все материалы, предварительно ознакомившись, уничтожили.