— Убить могут любого из нас. Всё, о чём я думаю — ваше развитие. Чтобы у всех нас было больше шансов в следующем бою. Это всё, что меня волнует. Тратя время на пререкания с Людой, я не приближаюсь к цели. А так: чем быстрее закончу — тем быстрее у меня кончатся причины оставаться с ней наедине.

— Найдутся другие, — ответила Слава. — Из-за этой… Связи! Я сама не могу разобраться, где кончаются мои чувства и начинаются… Проклятье!

Она снова отвернулась к окну. Я поднялся и уже собирался подойти и обнять девушку, когда она попросила:

— Пожалуйста, оставь меня одну. Мне надо подумать. Разобраться в себе.

— Слава.

— Пожалуйста.

Мысленно выругался, но настаивать больше не стал, покинув девушку. Спустился в комнату отдыха (по-хорошему — бар), имея стойкое желание выпить. Нашёл там Шемякина, тоже методично глушившего что-то крепкое. Под взглядом князя налил себе один из крепких коктейлей. Надо подумать в продуктивном русле, но мысли спрыгивали на Славу. Заставил себя сосредоточиться на Люде. Надо разобраться, почему обрубание связи не сработало. То есть я знаю, что именно произошло, Люда не захотела этой связи лишаться, и её магия оказалась сильнее моей. Всё. Только что с этим делать дальше — непонятно. Связь явно углубилась, теперь я не мог работать с ней, даже уловить. Не раз сам себя изучал, но так и не понял, каким образом Люда получает эмоциональный отклик. А поскольку я не понимаю, как связь работает, то не могу и повлиять.

— Кэтино права, — внезапно произнёс Миша.

Я посмотрел на парня, рассматривающего дно стакана. Не там ты ищешь истину, мой друг.

— Хочешь повоевать?

— Отомстить, — уточнил Шемякин.

Какие же они все молодые ещё. Даже не молодые, нет, это другое. Не понимающие.

— Не принесёт месть ни успокоения, ни облегчения. Только удовлетворение. Но ты уверен, что готов за удовлетворение платить жизнями? Мы не неуязвимы, Миша.

Шемякин поднял на меня взгляд.

— За сестру ты отомстил. И её лишь напугали.

Крыть мне было нечем.

— Я пытаюсь придумать способ добраться до… организатора. Только до него, не превращая личную вендетту в войну между родами в лучшем случае, и между империями в крайнем.

— Из-за такого империи войну не начинают.

Я налил двойной коктейль себе и Мише, поставил перед ним.

— В том будущем, что я видел, всё началось с мелкого конфликта между небольшими родами. Конфликт долго тлел, втягивая всё больше людей, пока не началось по-настоящему. Миша, я похоронил больше друзей, чем у тебя было за всю жизнь. Не думай, что я не хочу отомстить за Пашу. Хочу.

Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза. Шемякин взял стакан и мы, не чокаясь, выпили.

— Извини, — выдохнул князь.

— И ты меня. Случившееся — моя вина. Моя ответственность. Сейчас я пытаюсь сделать всё, чтобы вы стали сильнее. Опыт вы получаете на арене. Дорастём до высшей магии, а там, сам понимаешь, с нашими желаниями придётся считаться даже императору.

Хоть кому-то смог настроение поднять. Похоже, командир и руководитель из меня совсем не такой хороший, как мне хотелось о себе думать. Первый же кризис, и уже какое-то нестроение в коллективе.

— Какой ужас, — донеслось от двери.

В бар зашёл Владимир, укоризненно на нас поглядев. Я взгляд проигнорировал, а вот Миша даже свой стакан неосознанно спрятал, потом только расслабился, сообразив, что стесняться ему нечего.

— Что вы пьёте? В погребе такие напитки есть! А вы здесь напиваетесь бурдой.

Он по щелчку пальцев вызвал кого-то из персонала и отправил за парой бутылок чего-то там, я не расслышал.