Зато голова почти перестала болеть. К черту сомнения и рассуждения, попробую лишь раз. Получится — хорошо, нет — выслушивать нравоучения отца мне не привыкать.

Тот бородатый старец в белых одеждах сказал, что, возможно, я смогу пробудить духовное оружие дома, уже после проведенного ритуала. Я до сих пор не попробовал, значит, самое время. Как говорят, дома и стены помогают. А в этом родовом поместье непростые стены, все они пропитаны магией родичей. Тем, что в спортивном зале, даже довелось поближе познакомиться с духовным оружием на себе.

Отбросив сомнения прочь, я уверенно вскочил с кровати. Сразу же краем глаза увидел себя во весь рост в большом зеркале. Для своего возраста я был достаточно высок и, в целом, благодаря усиленным тренировкам и хорошей генетике выглядел даже старше своего возраста. Говорить о телосложении не приходилось, потому что наш род был родом мечников, и все было направлено на то, чтобы принять духовное оружие и использовать его после пробуждения.

Ладно, сейчас все равно не до этого.

Встать поудобнее, вытянуть руку, обратиться с мольбой к Матерям. Без специального ритуала и помощи наставника они не должны обратить на меня внимания. Но почему не попробовать?

Погрузившись в себя, я сконцентрировался на духовном оружии. Представлял меч. Обычный классический меч. Одноручный. Не слишком огромный, но и не укороченный, примерно такой, с каким я работал на тренировках. В это желание и ощущения я попытался вложить всю свою волю, даже голова снова разболелась от усилий, но…

Открыв глаза, я ничего не обнаружил в руке. Хотя бы едва видимые магические пылинки в расплывающемся силуэте клинка. Так и знал. В очередной раз придется выслушивать эти наставления, не имея права на возражения. Все же я единственный в роду Черновых, кто к своему пятнадцатилетию так и не пробудил своего духовного оружия.

* * *

— Отец.

— Молчать. Говорить буду я, — он указал на стул, перед большим представительским столом, что стоял в центре кабинета.

Я невольно виновато поморщился. Аура у отца такая, что порой не всегда замечаешь, как быстро теряешься перед его напором и тем не менее я не сделал шаг назад и упрямо стоял под этим воздействием. Мне нельзя было возражать.

— В тебя вложено столько ресурсов, лучшая школа, лучшие учителя, — он посмотрел в документы, недовольно массируя виски, — тебе еще нет восемнадцати, а ты уже побывал в районе…

Отец смолк. Он не любил произносить вслух вещи, которые, как он считал, касались людских пороков. Да, там было много симпатичных азиаток и много продажной любви, вот только непонятно, как это должно было помочь мне пробудить духовное оружие, но видимо, отец пытался использовать разные методики, которые хоть немного, но повышали шансы на успех.

— Я дам тебе последний шанс, Роман. Иначе, к нашему всеобщему сожалению… — он процедил эти слова сквозь зубы. — Ты ведь не хочешь покидать родные края?

— Сколько у меня времени?

Отец взглянул на меня, из его глаз едва не сыпались искры злобы. Пышная борода частично скрывала эмоции, но не густые брови на морщинистом лбу.

— Секунда! — быстро произнес он и вскочил.

В его руках демонстративно яркой вспышкой материализовался духовный меч. Только я успел осознать, как острое серебряное острие, в котором будто бы отражаются сотни звезд, устремляется точно в меня.

Действую на автомате, годы тренировок не прошли зря. Чуть разворачиваюсь, толкаюсь обеими ногами от стола. В момент падения, будто бы объясняю сам себе — неожиданный ход, будет проще перехватить инициативу в бою.

Опасное острие проносится в сантиметре от лица, чувствую его холодок и завихрения в воздухе. Лишь сотни часов в спортзале и добросовестное выполнение всех заданий наставников, спасают мой нос, иначе бы клинок рассек его на две части.