Глава 26

Его поймали, арестовали…

Но сегодня золотистая «копейка» оставалась на месте и до конца дня никуда не уехала. На обратном пути глядя на кислые лица коллег в зеркало заднего вида, я задал вопрос:

— А знаете, почему сегодня так получилось?

— Как?

— Очень плохо для вас.

— Почему?

— Вы вчера заигрались в карты настолько, что не заметили, как объект уехал со двора через дальний выезд. Я вас предупреждал, как мы дальше будем жить? Вы забили на мои слова. Еще один залет, больше разговоров не будет — отведу в кабинет начальника, пусть сам с вами разбирается. На мою линию вы работать не вернетесь. Больше предупреждений не будет.

До родного райотдела доехали в тягостном молчании, но мне было не до моральных страданий и тонкого внутреннего мира этих залетчиков. Мне предстоял сложный разговор с шефом по поводу отсутствия результатов нашей линии за два прошедших дня.

Шеф на мой покаянный доклад ничего не сказал, ни хорошего, ни плохого. Покопавшись в своих записях, он поднял не меня задумчивый взгляд:

— Громов, записывай — завтра в десять часов утра, в управление БХСС, кабинет триста двадцать девять, майор Глушко. Ты что, уходить собрался?

От неожиданной версии я подавился:

— Нет, не собирался. С чего вы взяли?

— Ну не знаю, вдруг тебе у нас не нравится? В областной управе то, всяко разно, получше.

— Шеф, я ни сном, ни духом. Этого Глушко не знаю, и вообще, я завтра на сутках дежурю.

— Ну, значить кто-то из твоих на заявку выскочит, если что. Как приедешь, сразу ко мне, уяснил?

Я активно покивал головой, сигнализируя, что все понял. Новость от шефа меня сильно опечалила. В то, что неизвестный мне майор Глушко начнет меня агитировать просить все и переходить в областную управу я даже в мыслях не держал, вероятность выиграть автомобиль «Волга» в лотерею ДОСААФ и то выше. А вот вероятность традиционно огрести мешок неприятностей — это очень даже возможно. Надо будет Демона получше накормить и выгулять перед отъездом, а то, как то тревожно на душе стало.

На входе в областное УВД меня неожиданно, несмотря на то, что я был в «гражданке», остановилпостовой и, ссылаясь на приказ коменданта здания, отправил подстригаться. Я честно сказал, что денег у меня с собой нет, но, прежде чем сбежать из помпезного дворца, позвонил по внутреннему телефону и сообщил, что с майором Глушко сегодня встретится не судьба, ибо приказ коменданта — это обстоятельства непреодолимой силы. Но, судя по всему, Глушко был не простым майором, так как через пару минут за мной спустился сопровождающий, а постовой, наместник всесильного коменданта на входе в Управление, лишь досадливо морщился на мой немного заросший загривок. Сколь бы не были высоки ступени лестниц управления, они все равно закончились и я, без радости шагнул в просторный кабинет номер четыреста двадцать девять. Дурные предчувствия, меня не обманули — на стуле перед солидным мужчиной в пиджаке песочного цвета, в крупную бордовую клетку, сидела Елена Алексеевна. Погружение в мир криминала для молодой женщины бесследно не прошло. Серая кожа, подвисшая кожа — главный бухгалтер как будто пострела лет на десять. Я скинул куртку и оглянулся — нарядной женской шубки нигде не было видно, на вешалку у двери висело какое-то серое пальто, внизу стоял увесистый матерчатый баул. А я вещи с собой не взял, в отличие от получившей жизненный опыт Елены.

— Громов — как я понимаю, человек за столом, широко улыбающийся мне и есть майор Глушко: — Раздевайся, присаживайся на стульчик, разговор небольшой есть.