— Получается слияние мужского и женского периодов?

— Неплохо придумано, правда? Шпили над западным фасадом различаются и по высоте, и по стилю. Это озадачивает, но только до тех пор, пока не обратишь внимание на то, что на одном из них флюгер с изображением солнца, а на другом…

— Луны, — поспешил вставить Алекс, отодвигая тарелку. — Маму все это, вероятно, чрезвычайно интересовало. Сама она отождествляла себя с луной. Этот собор был задуман как зримое сосуществование мужской и женской энергетик.

— Интересное решение — союз мужского и женского ритмов. Он описан под названием «эффекта вибрато». А чтобы подчеркнуть важность роли света, крошечное отверстие в стене, метко прозванное «окном святого Аполлинария», направляет солнечный луч точно на шляпку гвоздя в каменном полу ровно в полдень двадцать первого июня!

— Как в Стоунхендже!

Грейс многозначительно кивнула:

— Но разумеется, в официальных путеводителях такой фотографии не найдешь — здесь даже не упоминается об этом явлении! Оно, как и сам собор, только придало бы особое значение смене культов и вероисповеданий на протяжении столетий.

Алекс оторвал себе кусок наанского хлеба, но забыл положить его в рот.

— Сегодня я обедал с Амалем — это хирург, который оперировал Люси.

Грейс кивнула, услышав знакомое имя.

— Это настоящий человек эпохи Возрождения: говорит на семи языках, увлечен искусством, создает врачам доброе имя, и вообще он — настоящий посланец гуманизма. Мы говорили о Шартрском соборе, и Амаль рассказал мне о суфиях. Ты когда-нибудь слышала о них?

— Кажется, это мистическая мусульманская секта?

Алекс кивнул и изложил ей точку зрения Амаля: дескать, после успеха Первого крестового похода некоторые крестоносцы остались на завоеванных ими землях и впоследствии прониклись красотой местной архитектуры и идеями ислама, а также духовными ценностями суфиев. От евреев и мусульман, выживших в Иерусалиме после резни, эти христиане переняли глубинную мудрость и некие сокровенные знания, но более всего их пленили предания, связанные с мечетью Акса на Харам-эль-Шариф, а ее величие произвело на них неизгладимое впечатление. Она стояла на пресловутой Храмовой горе, с которой Мухаммед, по легенде, мистическим образом вознесся в ночное небо. В противовес воздвигнутой Константином неуклюжей церкви Гроба Господня, мечеть казалась воплощением красоты и духовности. Суфии учили крестоносцев, что стрельчатая форма арки устремляет энергию духа к небесам, тогда как римский ее вариант направляет силу обратно в землю.

— Это суфии стали чтить Христа как одного из семи мудрецов ислама?

— Как и все добрые мусульмане. — Алекс подлил вина в бокалы. — Но Амаль объяснил мне, что они искренне исповедовали плюрализм, что, в свою очередь, привлекло Ди и Бруно к их учению. Суфии осознавали, что любая религия не без изъяна и что все культы берут начало из единого источника. Суфии были терпимыми, высокообразованными людьми, они одинаково хорошо разбирались и в Торе, и в христианской догматике. Мистическое влияние суфизма можно проследить в кодифицированной архитектуре многих известных готических строений, например того же Шартрского собора или парижской часовни Сен-Дени — благодаря тамплиерам. Храмовники придавали числу «девять» священный смысл. Изначально было всего девять рыцарей-тамплиеров, и на протяжении девяти лет их количество не увеличивалось.

— Об арках я тоже читала.