С платьем ей необычайно повезло. Она влюбилась в первое же платье, отобранное для примерки. Сочный желто-золотой цвет выделял теплые тона ее загорелой кожи, вырез был обманчиво скромный, подчеркивающий соблазнительную крепость ее маленьких грудей, два разреза по бокам прямой юбки открывали ее длинные стройные бедра. Еще она купила пару босоножек на высоких каблуках и, конечно, распустила волосы, непослушной гривой упавшие на плечи, обрамив красное обожженное лицо. Желто-оранжевая помада, золотые и зеленые тени, жирная подводка — все вместе придавало ей томный и распутный вид. Она не пожалела времени и накрасила ногти на руках и на ногах. Теперь ее пальцы выглядывали из босоножек с таким расчетом, чтобы точно свести с ума какого-нибудь ножного фетишиста.

Идя к их столику, она чувствовала на себе взгляды и знала, что ее труд не пропал даром. Даже Эммет смотрел на нее во все глаза. Выражение его лица трудно было определить. Или она просто не смела всматриваться. Когда она подошла, его широкий циничный рот искривился в неодобрительной гримасе. Она села.

— На охоту вышла, сестренка? — поинтересовался он, откидываясь на спинку стула и поигрывая бокалом с темно-янтарным напитком.

— Эммет, ты ворчишь, как старый пень, — упрекнул его Харрис. — Она сегодня чудесно выглядит. Не обращай внимания, детка. Это он из ревности, ведь для него ты так не наряжаешься. Просто ревнивый старший брат.

На миг Рейчел утратила самообладание, поняв после слов Харриса, что платье, макияж, весь этот маскарад она неосознанно предназначала Эммету, а не неизвестному простачку, которого надеялась соблазнить. Она сумела сдержанно улыбнуться дяде, избегая мрачного взгляда Эммета, и пролепетала:

— Я подумала, что пора бы мне выйти в общество.

Эммет грохнул бокалом об стол. А Харрис воскликнул:

— Отличная идея! Не стоит заточать себя в коттедже только потому, что твой брат — асоциальный тип. Девушке твоего возраста нужны поклонники. Я буду рад представить тебя нескольким молодым людям, которых я тут встретил. Должен сказать, что я рад, что ты бросила горевать об этом негодяе Ральфе. Он был недостоин тебя. Мы подыщем тебе подходящую партию, стоит только поглядеть вокруг. — Он подал знак официанту. — Вон хотя бы те ребята у стойки. Я играю с ними в гольф… Чудесные парни. Воспитанные, очаровательные люди…

— А я и не знал, что ты подрабатываешь сутенером, — холодно заметил Эммет, и Харрис нервно улыбнулся.

Но Рейчел не намеревалась останавливаться на этом этапе. Эммет не понимал опасности ее увлечения им, и слава богу. Но она должна была что-то предпринять, дабы дело не обернулось греческой трагедией.

Мужчины у стойки рассматривали ее с живым интересом. Она лениво положила ногу на ногу, выставляя напоказ свое длинное бедро. Она знала, что ноги — ее главный козырь.

Все трое были симпатичные загорелые блондины. Двое не старше тридцати, а третий, наверное, на несколько лет старше ее. Он был не такой красавчик, как его приятели, но у него была приятная улыбка и живые глаза с холодком. Он чем-то напоминал Эммета. Недолго думая она решила, что остановит свой выбор на нем.

— Кто этот мужчина слева? — шепотом спросила она у дяди, беря бокал со сладким ромовым напитком, который он для нее заказал.

Харрис обернулся вовремя, чтобы заметить похотливый взгляд, направленный на Рейчел.

— Стивен Эймс, — ответил он с заметно поубавившимся энтузиазмом. — Не вполне подходящий вариант, детка… Он очаровательный, но про него говорят всякое…

«Все лучше и лучше, — подумала она, — про Эммета тоже многое говорят.