— Вы с ума сошли! — Попыталась увернуться Софи, ничего пока не видевшая в темноте. Американский «друг», резко выкрутив ей руки, связал их за спиной. Софи не могла пошелохнуться, столь пронзительно-острой была боль в локтях и плечевых суставах.

— Молчи и слушай… — Гуго перевел дыхание, радость захлестывала его. И злость. — Ты — шваль, падаль, ничто… Я никогда не узнал бы о твоем существовании и не пошевелил бы пальцем, чтобы разыскивать тебя, если бы… Эй… — Он подошел к Софи и поднял её подбородок. — Ты очень любишь его, а? Расскажи, как он трахает тебя. Нет, лучше ты покажешь мне это.

— Я буду кричать! Вас посадят в тюрьму. Вы знаете, кто я!?

— Тише… — Толчком в грудь Гуго отбросил пленницу к стене, где чернели вороха сгнившей соломы. Они дурно пахли, потому что когда-то впитали в себя много крови. Гуго почувствовал это. — Приведи его, — сказал он Мартину.

Тот удалился и через пару секунд втолкнул кого-то в темноту амбара.

— Сидней, ты?! — Вгляделась Софи в лицо вошедшего. Он удивленно мотнул головой:

— Софи?!

— Вот я и устроил свидание счастливых влюбленных! — захохотал Гуго.

— Черт! — Сидней сделал шаг к девушке, но Мартин удержал его. — Я хотел разыскать тебя. Графиня сказала, где ты находишься… Только я не успел. Этот человек… Он назвался твоим другом…

— Мартин — мой помощник. Я решил назначить встречу здесь. Чудесная страна, восхитительное место. Обстановка выбрана со вкусом. Завтра в этот дворец нагрянут копы, криминалисты, будут сверкать блицы, бегать санитары… вы превратитесь в героев дня, изуродованные трупы несчастных влюбленных станут путешествовать по газетам и журналам, пугать обывателей с телевизионных экранов. Жаль, они не узнают имя главного шоумена. Я мог бы заработать на этом спектакле бешеные бабки.

— Да в чем дело, Сид? — взмолилась Софи.

— Я — несчастный, мерзкий гаденыш. Я не должен был пускаться вслед за тобой.

— Верно. Он правдив, этот красавчик. — Довольно кивнул Гуго. — Суть же состоит в том, что я караю мерзких гаденышей. И тех, на кого он осмелился променять меня… Леди… — Гуго возвышался над полулежавшей в грязи Софи. — Наверно, вы хороши собой. Но мир полон смазливых шлюх. Человек, подаривший Сиду Кларку известность и свою благосклонность — один! Итак… Он повернулся к Сиду. — Этот спектакль посвящается тебе, мой ragazzino. Программа подготовлена с учетом утонченных вкусов исполнителей. Мы не станем торопиться, не будем спугивать вдохновение суетой. Я рассчитываю не менее, чем на час, господа… Старина, — обратился Гесслер к Полу, — ты опытный мясник, скажи, как лучше выпустить кровь из этой девки, чтобы ей не было скучно, но и мы сумели ещё поиграть… Сиду не терпится влезть на свою любимую — они не виделись почти двое суток.

— Отрубим пальцы ног. Думаю, час она протянет, — посоветовал Пол. — А парня надо кастрировать.

— Оскопить. Ты все путаешь, милый. Только это под занавес… Хорошо, объявляю программу шоу, друзья. — Гуго уселся на деревянную плаху. — На закуску стриптиз и секс-разминка. Не уверен, что у моего красавчика что-нибудь получится. Ведь по-настоящему он любит только меня… Эй… Сидней, ты уже напустил в штаны? Не падай в обморок раньше времени, не беспокойся. тебе помогут. Ты в форме, Пол?

— Еще бы… Мне, правда, больше нравятся девчонки с обрубленными пальчиками… Это получше маникюра.