Добравшись до Стрипа, Сэм развернулся недалеко от «Клондайка», проехал по боковым улочкам и добрался до дороги, ведущей в сторону стройплощадки. По случаю праздников работы на стройке не производились, и дорога была пустой. Сэм медленно ехал по дороге, пока в миле от казино не увидел овраг.

Остановил машину и вышел.

— Помогите! Эй, кто-нибудь! Спасите! — доносился едва слышный голос.

Ярость душила Джима Оберона. Он шагал по дороге с Риком и злобно матерился себе под нос. Им надо вернуться и потребовать честного дележа. Но сейчас идти туда не слишком разумно, тем более что Лэш отобрал их оружие.

Рик не совсем понимал, что происходит.

— А почему нам надо уходить?

— Он обдурил нас, нечестно поделил добычу.

— Десять штук. Он дал мне десять штук. Ведь это не слишком много.

— Этот сукин сын обжулил нас! Обобрал!

— Кто? Лэш?

— Лэш, ублюдок хренов!

Оберон погрузился в молчание. Ему плевать на Рика, плевать, сколько он там получил. Этот качок все равно их просадит и не заметит. Но если все-таки решиться нанести Лэшу ответный удар, Рик очень пригодится.

И тогда все оставшиеся деньги, славные полноценные зеленые доллары, достанутся ему. Без малого полтора миллиона! Невозможное богатство, непостижимое, колоссальное!

Оберон не верил всем этим басням про дележ, про то, что еще кому-то там надо отдать долю. Вранье.

Ладно, хорошо, может, этот Сэм Хастингс и должен получить долю. У Лэша в руках все равно остается слишком много. И Оберон сильно сомневался, что он заплатит Эдфи…

Элфи! Ха! А если прихватить с собой Элфи и заявиться обратно втроем?

— Раз мы не получили своей доли, чего же тогда ушли? — снова заговорил Рик.

Оберон с отвращением посмотрел на тупого качка.

— Да потому, что у него была пушка. Этот ублюдок заставил нас! — раздраженно ответил он.

— И все бабки достались ему?

Оберон вздохнул. Даже этот дурень понял.

— Слушай, давай доберемся до моей берлоги, и я позвоню Элфи. А потом все вместе что-нибудь придумаем.

— Десять штук, — проворчал Рик. — Я бы мог получить и побольше.

— Может, и получишь. — Хорошее настроение вернулось к Оберону, и он дружески похлопал Рика по плечу. — Очень вероятно, что ты их получишь, дружище Рик!

Покерный турнир продолжился в десять утра на следующий день, и Билли Рэй продолжал выигрывать. Но он устал. Черт побери, как он устал!

Теперь осталось только четыре игрока, все собрались за одним столиком. Пятый игрок, человек по фамилии Джеймсон, не в состоянии был явиться к десяти часам, ссылаясь на нервное и физическое истощение. Миссис Джеймсон настаивала на том, что имеет полное право занять место своего мужа, но правила проведения турнира гласили: участник не может выставить за себя кого-то на замену, если сам окажется не в состоянии продолжить игру.

Деньги Джеймсона поровну разделили между оставшимися игроками. Игра возобновилась, но у каждого из четырех партнеров собралась такая огромная сумма, что деньги пришлось сложить в большие металлические контейнеры, предоставленные казино.

Перед каждым участником на столе лежала лишь небольшая стопка купюр.

Вопреки расчетам Мэйджорса зрителей собралось немного. Самые верные болельщики обступили единственный игровой стол и наблюдали за поединком.

Отсутствие света, нервозная обстановка поубавили энтузиазма и снизили интерес к состязанию. Или же всем просто-напросто надоела затянувшаяся игра, подумал Билли Рэй.

В течение первого часа положение всех четырех игроков практически не изменилось.