Лэш улыбнулся.

— Ну, скажем, от… миллиона до двух.

Оберон аж закрыл глаза и принялся молитвенно шевелить губами, загибая пальцы. Наконец с благоговением произнес:

— Господи! Да ведь это же… больше ста пятидесяти кусков?

— Вполне вероятно. Ладно, короче: ты с нами или отказываешься?

— Да конечно же с вами, родной! Малыш Джим входит в дело!

— Машина есть?

— Древняя, но пока бегает, — кивнул Оберон.

— Запиши-ка адресок. Будь там сегодня вечером в восемь. — Лэш подождал, пока хозяин прицепа найдет карандаш и клочок газеты.

Они обсудили еще некоторые детали, причем Лэш ни разу не подтвердил догадки Оберона о «Клондайке» как о цели планируемого ограбления. Потом Лэш уехал.

Он уже подобрал двоих напарников, которые займутся непосредственно бронированным автомобилем.

Элфи Хайрам и Рик Робинсон. Лэш знал обоих уже несколько лет, а Элфи — даже больше семи. Он был родом из Чикаго, жил сейчас в Лос-Анджелесе и занимался тем, что чистил игральные автоматы. Дело приносило мизерный доход.

Пару недель назад Элфи приезжал в Лас-Вегас, и они договорились о совместном деле.

— Возьми меня в долю, — попросил Элфи, — хочу хоть раз в жизни пожить как человек. А потом можно и на тот свет. Оружие брать?

— Возьми, только не заряжай.

— Понял.

Элфи когда-то давно успел наследить на востоке страны, попасть в архивы. После этого он несколько раз менял имя. И к тому же клятвенно заверил, что у калифорнийской полиции нет оснований интересоваться его судьбой. Это был костлявый мужчина с желтоватым, нездоровым цветом лица, лет сорока пяти — пятидесяти. Он до сих пор не женился и время от времени срывался в запой. Такие длительные попойки случались у него один-два раза в год; потом он приходил в себя, трезвел и жил нормально, пока тоска и уныние вновь не одолевали его. Обычно Элфи держался довольно сдержанно, если не сказать хмуро.

Как правило, он везде видел одну только темную сторону Жизни, но зато здраво рассуждал и обладал трезвым и холодным умом. Лэш успел предупредить его, что мероприятие намечено на выходные, поэтому Элфи уже приехал из Лос-Анджелеса и поселился в дешевом мотеле в дальнем районе города.

Рик Робинсон был моложе Хайрама лет на пятнадцать. Этот ворюга из маленького городка не отличался особыми талантами и умом. Школу он в свое время бросил, ничего не умел делать, не получил никакой профессии и даже не пытался чему-либо научиться. Единственное, что ему удалось развить, — свое природное воровское дарование. Всю жизнь он скитался по тюрьмам да исправительным учреждениям. Лэш не сразу решился привлечь в сообщники Рика, в основном потому, что не знал, как тот поведет себя после дела. Он опасался, что Рик начнет кутить, сорить в городе деньгами, привлекая к себе всеобщее внимание. Но с другой стороны, Лэш был абсолютно уверен, что Робинсон никогда и никого не заложит, что бы ни произошло. Наверняка копы заметут его и повесят на него это ограбление, упекут за решетку.

Но Рик не выдаст сообщников, в этом нет никаких сомнений. В любом случае Лэш не собирался оставаться здесь и планировал убраться подальше еще до того, как Рика сцапают. Так что пусть себе делает все, что захочет. Он, Лэш, смоется в Южную Америку или в другое какое-нибудь укромное местечко вместе с Ноной. Если, конечно, возьмет ее с собой. Эта сучка что-то слишком нагло ведет себя в последнее время, и он никак не мог придумать, как лучше с ней поступить.

Итак, Лэш поговорил и с Риком. Этот парень со словарным запасом в несколько десятков слов с готовностью согласился участвовать в пока еще непонятном деле за не совсем определенную плату.

Рик не интересовался деталями, поскольку речь шла о больших деньгах.