— Должно быть, внушительная сумма, — отозвался он, дотрагиваясь до одного из витражей. — Такие вещи стоят значительных денег.

— Я сделала их сама.

Ее слова прозвучали зло и враждебно, словно она всячески старалась отгородиться от человека, удобно расположившегося в ее кухне. Она не привыкла к тому, чтобы еще кто-нибудь помимо нее, не говоря уж о мужчинах, сидел на кухне с таким откровенно хозяйским видом, — это ее злило и раздражало.

— Нам пора ехать, — напомнила она. — Движение…

— Да, — подтвердил Лоуренс и, заметив стоявший на столе термос, вопросительно посмотрел на Дебру.

— Я не в курсе ваших планов на эту поездку, но если нам придется остановиться, то… Словом, в термосе горячий кофе.

— Весьма предусмотрительно. Если верить прогнозу погоды, он может нам пригодиться, — сказал он и уточнил: — Перед отъездом к вам я позвонил в службу метеопрогноза. Они предупредили о непрекращающихся ливневых дождях и усилении ветра на всем побережье, включая Холи-Хилл, в ближайшие два дня.

Эта новость не обрадовала ее. Лоуренс не спеша допил кофе. Дебра взяла кружки и поставила их в раковину, намереваясь вымыть. Тетя приучила ее к тому, чтобы не оставлять после себя грязной посуды или неубранных вещей.

— Где кухонные полотенца, чтобы вытереть их? — Лоуренс задал вопрос, от которого Дебра остолбенела.

Не говоря ни слова, она протянула ему полотенце, а сама протерла разделочный и обеденный столы.

— Очень странно, — пробормотал шеф, наблюдая за ней. — Вот уж никогда бы не подумал, что вы такая хозяйственная.

— Только потому, что у меня женатый любовник?

И сама пожалела, что не удержалась от колкости. Почему ее всегда тянет ответить на его удар двойным ударом? Она видела, что шеф уже не на шутку разозлился, а ведь им ехать в машине Бог знает сколько времени! Не иначе как черт дернул ее за язык упомянуть о своем любовнике!

— Я могу воспользоваться ванной? — неожиданно спросил Лоуренс.

Дебра молча кивнула. Попасть в ванную комнату можно было, только пройдя через единственную в квартире спальню. Аксессуары и кафель в ванной были нежно-персикового цвета. В тон им полотенца, халат и тому подобное — маленький островок женского царства. В спальне рядом с узкой кроватью сидел на стуле большой, уже изрядно потрепанный плюшевый заяц с тряпичной морковкой в лапах — подарок родителей на самую первую годовщину ее рождения, до которой они так и не дожили.

Ее пиджак, кошелек, записная книжка, диктофон и все самое необходимое уже были уложены во вместительную кожаную сумку, висевшую у нее на плече. Дебра стояла в холле и ждала шефа. Тот появился через две минуты, вид был озадаченный…

“Остин” не оправдал ее тайных надежд сесть подальше от Райделла: в нем было всего два передних сиденья. Скрыв разочарование, Дебра потянулась к ручке автомобиля, но Лоуренс опередил ее, вежливо распахнув перед ней дверцу. Их пальцы случайно соприкоснулись при этом, и она замерла от неожиданности.

— Странный какой-то у вас любовник, — флегматично обронил он. — Довольствуется односпальной кроватью, не открывает вам дверцу машины…

Дебра низко пригнулась, чтобы Лоуренс не заметил ее зардевшегося лица, и села в машину. Она и не подумала о том, что он может обратить внимание на ее скромных размеров кровать и сделать такие выводы.

— Ах да, как я мог забыть! Ведь он не остается у вас на ночь, так? — Он занял водительское сиденье. — Неужели, Дебра, вам никогда не хотелось иметь рядом с собой мужчину, которого можно было бы назвать своим и не делить с другой женщиной, имеющей на него законные права? Неужели вас ни разу не мучила совесть за ваши поступки? Разве…

— Все кончено… Мы больше с ним не встречаемся.