Как будто мало нам было неприятностей, на очередном ночном привале я обнаружил, что рана Ричарда воспалилась, у лыжника начался жар. На его несчастье ящик с медикаментами был как раз на тех нартах, что утонули, и помочь ему я почти ничем не мог. Нам оставалось только еще больше ускорится, чтобы попытаться отыскать помощь на мысе Колумбия, где находился стартовый лагерь американцев.

Вскоре появились и первые признаки того, что мы на правильном пути. Наш путь не раз пересекали свежие медвежьи и заячьи следы, вокруг виднелось многочисленные следы песцов. Борясь со льдом и временем, которое было не на нашей стороне, мы продолжали мучительный путь к суше.

Когда мы достигли края ледниковой кромки Земли Гранта, и покинули лед Северного Ледовитого океана, мы были полностью измождены. У меня, как и при достижении Северного полюса сил радоваться уже не осталось, и только Тупун, упав на колени принялся раз за разом кланяться, повернувшись в сторону Полярного моря, и не преставая повторял на инуитском языке какую-то молитву. До суши оставалось всего около тридцати километров.

На кромке ледника мы провели сутки, восстанавливая силы, выдохлись все, и мы с Тупуном и собаки. Хотя Ричарду и становилось хуже, отдых нам был крайне необходим. В этот же день, который мы потратили на восстановление сил, установилась ясная и солнечная погода, температура воздуха поднялась до небывалых минус семи градусов.

На следующее утро выйдя из иглу после сна, и взглянув на океан я застыл на месте, не в силах оторвать взгляд от увиденного. Лед вскрылся, превратив пройденную нами дорогу в одну гигантскую полынью, посреди которой плавали отдельные льдины! Мы успели в последний момент!

— Духи помогли нам, потому что мы за них отомстили! — Тупун тоже смотрел на огромное разводье, его глаза горели фанатичным блеском — Они отвлекали дьявола, пока мы шли!

Вскоре мы продолжили свой путь. Погода оставалась ясная и солнечная, солнце, уже жаркое, нестерпимо палило и слепило глаза. Идти навстречу солнцу было практически невозможно — так беспощадно жгли его лучи. В восемь часов утра следующего дня, мы достигли мыса Колумбия, и дошли до стартового лагеря американской экспедиции. Возвращение с полюса потребовало от нас семнадцати переходов, а все путешествие от суши до полюса и обратно уложилось в шестьдесят два.

Стартовый лагерь американцев состоял из небольшого домика, построенного из камней и пустых упаковочных ящиков от снаряжения и пеммикана, размером три на три метра, и продовольственного склада, сложенного из камней неподалеку от него. Ни одного человека в лагере не было. Как не было и медикаментов!

— Чёрт! — Трижды осмотрев имеющиеся в лагере припасы, я в отчаянии пнул ногой основание склада — Что за идиоты⁈ Кто же так базы устраивает⁈

— Ничего, я продержусь — На красном от высокой температуры лице Ричарда появилась слабая улыбка — Главное, что мы уже на земле!

— Да нехрена ты не продержишься! — отмахнулся я от американца — От мыса Колумбия до нашей зимовки в Гренландии больше трёхсот километров по пересеченной местности, по ледникам, да еще пролив надо будет перейти. А если там такая же каша, как и тут? Мы можем там зависнуть на несколько дней, ожидая нормального льда для перехода! Даже при благоприятных условиях переход займет не меньше десяти дней.