Изменить размер шрифта - +

— Замечательный коньяк!

Несвицкий отдал флягу князю.

— За твое здоровье! — Касаткин-Ростовской отхлебнул и передал флягу подполковнику. Тот взял, отсалютовал Несвицкому и вылил все оставшееся в рот.

— Хорошо! — Акчурин крякнул и отдал флягу князю. Тот спрятал емкость.

— Мы уезжаем, Николай, — сказал Касаткин-Ростовской. — Волхвы на фронте сейчас пока без нужды. Командование отправляет нас в отпуск. Зашли тебя проведать, заодно и попрощаться.

— Когда вернетесь?

— Бог знает, — Борис пожал плечами. — Ходят слухи, что корпус отзовут. Он задачу выполнил. Фронт отодвинут от Царицыно, обстрелы прекратились, Нововарягия вернула свои земли. Ее границы защищают естественные рубежи — реки и водохранилища. На берегах возводят укрепления.

— Плохо, — сморщился Несвицкий.

— Почему?

— Война на этом не закончится. Они опять попробуют.

— Уверен?

— Абсолютно. Сражение мы выиграли, но причина конфликта не устранена. На Западе не угомонятся. Вновь накачают Славию оружием, деньгами, подготовят новые бригады и нападут.

— И что ты предлагаешь? — раздалось от двери. Волхвы повернули головы. Увлекшись, не заметили, как в палату вошел Несвицкий-старший.

— Здравствуй, дед, — ответил Николай. — Присаживайся. Что я предлагаю? Пока у славов хаос и раздрай, пойти на Борисфен. Перед этим включить Нововарягию в состав империи, как этого давно хотят в республике, и объявить о возвращении Варягией своих земель, отторгнутых сепаратистами.

— Это война. Большая и тяжелая, — вице-адмирал присел на койку к внуку.

— Да, если мы промедлим, — ответил Николай. — Славия соберется с силами, накачает мышцы и нападет. Потери будут много больше. Сейчас же враг растерян и не сумеет организовать серьезное сопротивление.

— Объединенная Европа объявит нам войну.

— Она и так воюет. Но европейцы уважают силу. Наш быстрый и сокрушительный удар по Славии заставит их задуматься и вспомнить, как наша армия входила в их столицы. Мы ведь можем повторить.

— Я доложу об этом императору, — сказал Несвицкий-старший. — Меня вызывают в Москву. Не хочешь ли составить мне компанию? Возьмем Марину и поедем. Представлю вас двору.

— Не знаю, — растерялся Николай.

— Подумай, — улыбнулся вице-адмирал. — Поговори с Мариной. Я не тороплю, но ехать надо. Как мне сообщили, император согласен удовлетворить мое прошение о признании тебя моим внуком, но перед этим хочет тебя видеть. Таков порядок: новый князь Несвицкий должен быть представлен государю.

— Соглашайся, Коля! — не удержался Касаткин-Ростовской. — Поможешь мне в Москве отбиться от родителей.

— То есть?

— Они хотят женить меня. Нашли какую-то княжну, прислали фотографию. Брр, страшная как смерть! — князь сморщился. — Но родители считают, что партия блестящая.

— Кавалер двух высших орденов, бесстрашный диверсант, наводивший ужас в тылах противника, капитулирует перед княжной? — засмеялся Николай. — Я удивлен, Борис.

— Вот ты смеешься, а они ка-а-к навалятся… — вздохнул Касаткин-Ростовской. — Родня бывает пострашней врага.

— Жениться нужно, — подключился адмирал. — Твои родители отчасти правы — они желают внуков. Не нравится их выбор, сделай его сам.

Быстрый переход