– Откуда мне знать? – раздраженно ответил Микки. – Господи, что за вопрос? До твоего шестнадцатилетия еще три года.

– Я загадываю наперед, – возвестила его дочь. – Мама говорит, так надо. Она меня научила.

Табита не сводила глаз с мальчишки. Тот тоже уставился на нее.

Но это «Беверли-Хиллз»: у них нет никаких шансов на знакомство.

– Ты знаешь, когда дедушка умрет, он оставит мне много денег, – заявила Табита.

Микки встрепенулся.

– В самом деле?

– Все деньги, полученные за студию, он поделит между мной, детьми тети Примроз и Ингой. Когда дед умрет, мы получим все. Все. Я буду действительно богатой.

– Ну и хорошо. Сможешь содержать меня в старости.

– Ты сам можешь себя содержать. Ты богат.

Но не так, как хотелось бы.

– А как насчет твоей мамы? – спросил он с любопытством.

– Не знаю. Она будет опекуном, или как там, пока мне не исполнится двадцать один, а потом я получу все. Куплю себе «порше», «корвет» и красный «сандерберд» Как ты думаешь, папа?

Ну в точности мать – еще не получила, а уже тратит.

Табита схватила булочку и сунула ее в рот.

– Как «Орфей»? Так же здорово, как и на студии «Пантер»? Какие там звезды снимаются? Том Круз? А Матт Диллон? А можно мне познакомиться с Робом Лоу?

– Я еще сам не подписал контракт, – проговорил он сердито. – Надо подождать, пока Зеппо не уберется. Он поднял шум.

– Какой шум?

Ему показалось, или мальчишка действительно ей подмигнул?

– Грозится подать в суд, оспаривает контракт. Как только все утрясется, я приступаю к работе.

Табита заерзала на стуле.

– А я смогу туда приходить? Какие ты фильмы будешь снимать?

– Оставь меня в покое, – мрачно отрезал Микки. – У меня плохое настроение.

– Ты должен со мной хорошо обращаться, – заявила Табита, грызя ноготь. – Я – обиженный ребенок, раз мои родители разошлись. – Она помешала молочный коктейль. – Давай пойдем в кино? Давай пойдем в Уэствуд? Давай пойдем в «Тауэр Рекордз»?

– Давай договоримся, что ты заткнешься.

Это что, так будет каждую субботу?

У Микки возникло сильное подозрение, что он будет впредь ненавидеть выходные.

Уорнер позвонила Абигейль.

– Я сделала, как вы посоветовали, – сообщила она возбужденно.

– Я же говорила, сработает, – ответила Абигейль.

Уорнер хихикнула.

– Ну и удивился он, увидев меня.

– Я же вам говорила.

– Он пригласил меня на вечеринку в понедельник.

– Как мило.

– Знаете, Абби, – тепло сказала Уорнер, – я неправильно о вас думала. Микки там всякое говорил. Он заставил меня поверить, что такой суки, как вы, нет во всем Беверли-Хиллз! Видит Бог, когда я работала в транспортной полиции, я всяких повидала. Если бы я знала о вас правду, я бы никогда не завела роман с вашим мужем.

– Понимаю, дорогая, – утешила ее Абигейль. – Я знаю, Микки умеет убеждать. Нам надо когда-нибудь вместе пообедать. В «Бистро Гарденз», верно?

– «Бистро Гарденз»! Никогда там не была, – обрадовалась Уорнер. – Очень мило с вашей стороны.

– Ну и чудесно, – ответила Абигейль. – Звоните в любое время.